- Так откуда здесь дичь?
- Тебе еще раз повторить?! Забегает она сюда!
Мы шли уже третий пустоворот без отдыха. На Иеримея Завоевателя, как обычно, стояла мерзкая, слякотная погода. Усталость, голод и сырость явно не предрасполагали к длинным обстоятельным беседам. Но, все же, вопрос не давал мне покоя. "И откуда забегает?" - продолжал я. Спутник меня проигнорировал с гримасой явного неудовольствия на лице. Его взгляд был, как у отца, которому надоело в сотый раз объяснять ребенку, как из мокриц получают чернила.
Мы прошли еще несколько пролетов, и ноги уже не просили, а требовали отдыха. Наставник при всей суровости был человеком разумным и практичным, а потому сам скомандовал привал.
- Знаешь, почему надо отдыхать каждые сорок пять пролетов?
Вопрос меня приободрил, ведь это я знал наверняка. Каждый экзамен был для меня поводом блеснуть богословской эрудицией, а продемонстрировать ее высшему сану лично приятно вдвойне.
- Так велел Исайя Всепроститель! "Сорок пролетов иди и о стоянке не думай! На сорок первом огляди стены: коли черного мха нет, так отсчитай же еще пять и на пол усядься".
- Дурак ты! После сорока пяти пролетов надо отдыхать, потому что уставший охотник - он и не охотник вовсе - он сам добыча.
Мы разложили перед собой содержимое котомок. Взгляду предстало все необходимое, чтобы утолить голод, согреться и продолжить путь. Такое нечасто увидишь: ходить на промысел надо всегда, а после того, как сообщение с трапперами Гнилостенья прервалось, многие вещи не достать. Но на экзамен я взял с собой все, что велит Кодекс, и мастер подтвердил это одобрительной ухмылкой.
Сытые и согретые, мы неспешно беседовали обо всем. Разговоры плавно перетекали из теологических дискуссий в обсуждение новостей и сплетен. Мне ужасно хотелось снова спросить, откуда же несколькими этажами выше берется дичь, но испытывать судьбу я не решился.
Мы продолжили путь и вскоре оказались в конечной точке маршрута. Это был огромный этаж, совершенно не такой тесный, как остальные, но все еще сырой и мрачный. Может, он так и отличался от прочих, потому что расположился на самом верху, и Создатель решил подчеркнуть его необычность. Единственный вход - лестница, по которой мы поднялись - терялась в исполинском каменном лесу перегородок и стен, за каждой из которых пряталась добыча.