Обсуждаем арабскую, персидскую, турецкую, афганскую, таджикскую, узбекскую, туркменскую, казахскую, киргизскую литературы
Зачем надежд моих высокий свет погас
И непроглядный мрак не покидает глаз?
Быть может, позабыв, что людям сострадали,
Вы, люди, вспомните слова моей печали.
Ночь в траурном плаще, настигшая меня,
По красоте своей равна рассвету дня.
Пока вы рыщете по тропам вожделенья,
Полярная звезда стоит в недоуменье.
Воздать бы нам хвалу минувшим временам,
Но времена свои хулить отрадней нам.
Я пел, когда луна была еще дитятей
И тьма еще моих не слышала проклятий:
"О негритянка-ночь, невеста в жемчугах!"
И сои от глаз моих умчался второпях,
Как, потревоженный призывною трубою,
От сердца робкого покой в начале боя.
А месяц блещущий в Плеяды был влюблен,
Прощаясь, обнял их и удалился он.
Звезда Полярная с другой звездой в соседстве
Зажглась. И мне - друзья: "Мы тонем в бездне бедствий,
И эти две звезды потонут в море тьмы,
До нас им дела нет, и не спасемся мы".
Канопус рдел, горя, как девушка земная,
И сердце юноши напоминал, мерцая,
И одинок он был, как витязь в грозный час
Один среди врагов, и вспыхивал, как глаз
Забывшего себя во гневе человека -
Пылающий раек и пляшущее веко.
Склонясь над раненым, стояли в небесах
Дрожащий Сириус и Близнецы в слезах,
А ноги витязя скользили на дороге,
И далее не мог спешить храбрец безногий.
Но стала ночь седеть, предвидя час разлук,
И седину ее шафран подернул вдруг,
И ранняя заря клинок метнула в Лиру,
И та прощальный звон, клонясь, послала миру.
Зачем надежд моих высокий свет погас
И непроглядный мрак не покидает глаз?
Быть может, позабыв, что людям сострадали,
Вы, люди, вспомните слова моей печали.
Ночь в траурном плаще, настигшая меня,
По красоте своей равна рассвету дня.
Пока вы рыщете по тропам вожделенья,
Полярная звезда стоит в недоуменье.
Воздать бы нам хвалу минувшим временам,
Но времена свои хулить отрадней нам.
Я пел, когда луна была еще дитятей
И тьма еще моих не слышала проклятий:
"О негритянка-ночь, невеста в жемчугах!"
И сои от глаз моих умчался второпях,
Как, потревоженный призывною трубою,
От сердца робкого покой в начале боя.
А месяц блещущий в Плеяды был влюблен,
Прощаясь, обнял их и удалился он.
Звезда Полярная с другой звездой в соседстве
Зажглась. И мне - друзья: "Мы тонем в бездне бедствий,
И эти две звезды потонут в море тьмы,
До нас им дела нет, и не спасемся мы".
Канопус рдел, горя, как девушка земная,
И сердце юноши напоминал, мерцая,
И одинок он был, как витязь в грозный час
Один среди врагов, и вспыхивал, как глаз
Забывшего себя во гневе человека -
Пылающий раек и пляшущее веко.
Склонясь над раненым, стояли в небесах
Дрожащий Сириус и Близнецы в слезах,
А ноги витязя скользили на дороге,
И далее не мог спешить храбрец безногий.
Но стала ночь седеть, предвидя час разлук,
И седину ее шафран подернул вдруг,
И ранняя заря клинок метнула в Лиру,
И та прощальный звон, клонясь, послала миру.
Читал Ибн Фадлана Путешествие на Волгу больше потому, что интересовала историческая основа фильма.
Ещё нравится сборник суфийской мистической поэзии - Родник жемчужин: Персидско-таджикская классическая поэзия.
Джалаладдин Руми
Я – живописец. Образ твой творю я каждый миг!
Мне кажется, что я в него до глубины проник.
Я сотни обликов создал – и всем я душу дал,
Но всех бросаю я в огонь, лишьдвой увижу лик.
О, кто же ты, краса моя: хмельное ли вино?
Самум ли, против снов моих идущий напрямик?
Душа тобой напоена, пропитана тобой,
Пронизана, растворена и стала, как двойник.
И капля каждая в крови, гудящей о тебе,
Ревнует к праху, что легко к стопам твоим приник.
Все тело бренное мое – лишь глина да вода…
Но ты со мной – и я звеню, как сказочный родник!
Оттуда же
Саади
Однажды темной ночью я не спал
И слышал – мотылек свече шептал:
«Пусть я сгорю! Ведь я люблю… Ты знаешь..
А ты что плачешь и о чем рыдаешь?»
Свеча ему: «О бедный мотылек!
Воск тает мой, уходит, как поток.
А помнишь, как ушла Ширин услада,
Огонь ударил в голову Фархада».
И воск, подобный пламенным слезам,
Свеча струила по своим щекам.
«Любви искатель! Вспыхнув на мгновенье,
Сгорел ты. Где же стойкость? Где терпенье?
В единый миг ты здесь спалил крыла,
А я стою, пока сгорю дотла.
Ты лишь обжегся. Но, огнем пылая,
Вся – с головы до ног – сгореть должна я!»
Так, плача, говорила с мотыльком
Свеча, светя нам на пиру ночном.
Но стал чадить фитиль свечи. И пламя
Погасло вдруг под чьими то перстами.
И в дыме вздох свечи услышал я:
«Вот видишь, друг, и смерть пришла моя!»
Ты, чтоб в любви достигнуть совершенства,
Учись в мученьях обретать блаженство.
Не плачь над обгоревшим мотыльком –
С любимой он слился, с ее огнем.
Под ливнем стрел, хоть смерть неотвратима,
Не выпускай из рук полу любимой.
Не рвись в моря – к безвестным берегам,
А раз поплыл, то жизнь вручи волнам!
Оттуда же
Саади
Однажды темной ночью я не спал
И слышал – мотылек свече шептал:
«Пусть я сгорю! Ведь я люблю… Ты знаешь..
А ты что плачешь и о чем рыдаешь?»
Свеча ему: «О бедный мотылек!
Воск тает мой, уходит, как поток.
А помнишь, как ушла Ширин услада,
Огонь ударил в голову Фархада».
И воск, подобный пламенным слезам,
Свеча струила по своим щекам.
«Любви искатель! Вспыхнув на мгновенье,
Сгорел ты. Где же стойкость? Где терпенье?
В единый миг ты здесь спалил крыла,
А я стою, пока сгорю дотла.
Ты лишь обжегся. Но, огнем пылая,
Вся – с головы до ног – сгореть должна я!»
Так, плача, говорила с мотыльком
Свеча, светя нам на пиру ночном.
Но стал чадить фитиль свечи. И пламя
Погасло вдруг под чьими то перстами.
И в дыме вздох свечи услышал я:
«Вот видишь, друг, и смерть пришла моя!»
Ты, чтоб в любви достигнуть совершенства,
Учись в мученьях обретать блаженство.
Не плачь над обгоревшим мотыльком –
С любимой он слился, с ее огнем.
Под ливнем стрел, хоть смерть неотвратима,
Не выпускай из рук полу любимой.
Не рвись в моря – к безвестным берегам,
А раз поплыл, то жизнь вручи волнам!
Я — буря и прах, я — вода и огонь, я слыву
Порой благородным, порой подлецом — все равны.
Таджиком ли, тюрком ли — быть я умею любым,
Порой прозорливым, порою слепцом — все равны.
Я — день, я — неделя, я — год, Рамазан и Байрам,
Светнлышк, зажженный Всевышним Отцом,— все равны.
Я цвет изменяю, я сменой желаний пленен,
Лишь миг — и за новым иду бубенцом — все равны.
Мой месяц — над небом, при мпе барабаны и стяг,
Шатер мой сравнялся с небесным дворцом — все равны.
Я — выше людей. Див и ангел — родия мне. Они
Одним осияшіьт нездешним венцом — все равны.
У йог моих — пери, и знатные родом — в ныли,
Они предо много, певцом и жрецом, все равны.
Я бога взыскую; мне ведома сущность вещей:
Все ночи и дни, что даны нам творцом,— все равны.
Так сказано мною. Таков и сияющий Шамс:
То тучами скрыт, то горит багрецом — все равны.
Открой свой лик: садов, полных роз, я жажду,
Уста открой: меда сладостных рос я жажду,
Откинув чадру облаков, солнце, лик свой яви.
Чтоб радость мне блеск лучезарный принес, я жажду.
Призывный звук твой слышу и вновь лететь,
Как сокол в руке царя,—к свершению грез я жажду,
Сказала ты мне с досадой: «Прочь от меня!»
Но голос твой слышать и в звуке угроз я жажду,
Сурово ты молвишь: «Зачем не прогнали его?»
Из уст твоих слышать и этот вопрос я жажду.
Из сада друга, о ветер, новей на меня,
Вдохнуть аромат тех утренних рос я жажду.
Та влага, что небо дает,— мгновенный поток;
Безбрежного моря лазури и гроз я жажду.
Как Иакова вопль — «Увы мне!» — звучит мой крик:
Иосифа зреть, что — любимый — мне взрос, я жажду.
Мне без тебя этот шумный город — тюрьма;
Приютом избрать пустынный утес я жажду.
На площади с чашей, касаясь любимых кудрей,
Средь пляски вкусить сок сладостных лоз я жажду.
Мне скучно средь духом убогих людей:
Чтоб дружбу Али или Рустама рок мне принес, я жажду.
Лишь мелкая пыль — красота в руках у людей;
Такой, как руды в земле мощный нанос, я жажду.
Я нищий, но мелким камням самоцветным не рад:
Таких, как пролизанный светом утес, я жажду.
Мне горько, что в грустном унынии люди вокруг;
Веселья, что дарит напиток из лоз, я жажду.
На сердце скорбь, что в плену у египтян народ:
Что лик сын Имраиа Моисей меж нами вознес, я жажду.
Иные скажут: «Искали мы — не нашли».
Того лишь, чего не найти, как веица моих грез, я жажду.
Мне черни бессмысленной брань замкнула уста,
11. вместо песен лишь горестных слез я жажду.
Светильник зажегши, ходил вкруг города шейх:
«Чтоб путь к человеку мне не зарос, я жажду».
Но дух мой чрез жадность стремлений давно перешел:
Чтоб к вечной основе чрез мир он пророс, я жажду.
От зренья он скрыт, но всякое зрение — он;
Чтоб дух меня к тайне творящей вознес, я жажду.
Пот исповедь веры, и сердце мое пьяно,
Стать веры напитком из жертвенных лоз я жажду.
Я — лютня любви, и, ее напевом звуча,
Выть звуком, что в рай Османа унес, я жажду.
Та лютня поет, что в страстном желании — все;
Владыки всех благ милосердия слез я жажду.
Певец искусный, вот песни твоей конец,
Вложить лишь в нее страстный вопрос я жажду:
Шамс,— гордость Тебриза, зажжешь ли любви нам зарю?
Как весть о Валкие, аромата тех слов я жажду.
Открой свой лик: садов, полных роз, я жажду,
Уста открой: меда сладостных рос я жажду,
Откинув чадру облаков, солнце, лик свой яви.
Чтоб радость мне блеск лучезарный принес, я жажду.
Призывный звук твой слышу и вновь лететь,
Как сокол в руке царя,—к свершению грез я жажду,
Сказала ты мне с досадой: «Прочь от меня!»
Но голос твой слышать и в звуке угроз я жажду,
Сурово ты молвишь: «Зачем не прогнали его?»
Из уст твоих слышать и этот вопрос я жажду.
Из сада друга, о ветер, новей на меня,
Вдохнуть аромат тех утренних рос я жажду.
Та влага, что небо дает,— мгновенный поток;
Безбрежного моря лазури и гроз я жажду.
Как Иакова вопль — «Увы мне!» — звучит мой крик:
Иосифа зреть, что — любимый — мне взрос, я жажду.
Мне без тебя этот шумный город — тюрьма;
Приютом избрать пустынный утес я жажду.
На площади с чашей, касаясь любимых кудрей,
Средь пляски вкусить сок сладостных лоз я жажду.
Мне скучно средь духом убогих людей:
Чтоб дружбу Али или Рустама рок мне принес, я жажду.
Лишь мелкая пыль — красота в руках у людей;
Такой, как руды в земле мощный нанос, я жажду.
Я нищий, но мелким камням самоцветным не рад:
Таких, как пролизанный светом утес, я жажду.
Мне горько, что в грустном унынии люди вокруг;
Веселья, что дарит напиток из лоз, я жажду.
На сердце скорбь, что в плену у египтян народ:
Что лик сын Имраиа Моисей меж нами вознес, я жажду.
Иные скажут: «Искали мы — не нашли».
Того лишь, чего не найти, как веица моих грез, я жажду.
Мне черни бессмысленной брань замкнула уста,
11. вместо песен лишь горестных слез я жажду.
Светильник зажегши, ходил вкруг города шейх:
«Чтоб путь к человеку мне не зарос, я жажду».
Но дух мой чрез жадность стремлений давно перешел:
Чтоб к вечной основе чрез мир он пророс, я жажду.
От зренья он скрыт, но всякое зрение — он;
Чтоб дух меня к тайне творящей вознес, я жажду.
Пот исповедь веры, и сердце мое пьяно,
Стать веры напитком из жертвенных лоз я жажду.
Я — лютня любви, и, ее напевом звуча,
Выть звуком, что в рай Османа унес, я жажду.
Та лютня поет, что в страстном желании — все;
Владыки всех благ милосердия слез я жажду.
Певец искусный, вот песни твоей конец,
Вложить лишь в нее страстный вопрос я жажду:
Шамс,— гордость Тебриза, зажжешь ли любви нам зарю?
Как весть о Валкие, аромата тех слов я жажду.
гробокопателями археологами и торговцами рабами этнографами, или ориентальные фантазии колониального чиновника (понимаю, что задеваю чувства сродние религиозным, но вы уже большие мальчики, чтобы верить в деда мороза)
А вот литература востока 18-19го века удивительна: частенько, это заметки инопланетянина о встрече с человечеством - или даже не инопланетянина, а гибрида инопланетных колонистов и землян, абсолютно необычный взгляд на мир. Например, https://www.vostlit.info/Texts/rus5/Donis_2/frametext2.htm
Например:
Дрожа и кланяясь, мы отступили назад. Но тут в спину нам ткнулся кулачок другой красавицы, мол, эй невежи, постойте, осторожней, ведь моя серебряная грудь нежна, как лепесток розы, смотрите не пораньте ее шипами своей неуклюжести. Мы оглянулись растерянно, испуганно переступил, шагнули вперед и стали кланяться, как обезьяна, показывая знаками: „Мы немы, мы коровы, приехали из степи и не знакомы с обычаями вашего города, извините нас.»
Бейт:
Приехали мы из Туркестанской степи и далеки от этикета.
Если мы совершили неловкость, простите нас, о горожане.
Они шарахнулись от такого выражения извинений и стали смеяться над нашими бородами, пока не подоспел переводчик и не избавил нас от растерянности и смущения. Проводя нас к почетному месту собрания, он жестом указал на кресла, приглашая сесть. Мы молча уселись, избавленные, наконец, от тычков в грудь и спину.
>вся древняя восточная литература не может быть адекватно аттрибутирована
Вся - это какая? Восточная литература не хуже европейской. Пока в Европе ловили блох на теле в Арабском Халифате развивали оптику, математику, химию и поэзию.
>кряяяяя
Добрый день, Дмитрий Евгеньевич. Конечно, существует лишь французская литература, все остальные англо-германские обезьяны только имитируют блистательных французов. Античная, восточная, дальневосточная литературы - все продделки-проделки остроумных галлов.
Плохо учишь труды мэтра - античная литература также стронг. Учи лучше, чтобы в спорах выглядеть подкованным
Ну ты поплачь еще.
Сказки тысячи и одной ночи, которые на самом деле не сказки, а новеллы, иногда очень жесткие. Например, в своих "сказках" Оскар Уайльд (вообще лучшее, что я читал в европейском литературе) явно подражает арабским.
Еще есть переводы Хайяма на английский Фитцджеральдом с подлинника на латинском более раннего латинского перевода. Восток - дело тонкое. Есть автор, Эдвард Саид, и его книга "Ориентализм", где он все эти неприятные вещи про конструирование восточной литературы (и культуры) ориенталистски настроенными исследователями проговаривает. За что его фанатики не очень любят.
>>875752
Я ж говорю, ты поплачь еще, что у тебя борду украли.
Дружище, меня-то не обманывай: я прекрасно знаю, что ты пришел на двач бороться с Галковским, и к анонам отношения не имеешь, просто разводишь гунявый нерелейтед в треде.
Дак вот же автор.
https://en.wikipedia.org/wiki/Antoine_Galland
"Нашел" и "перевел", до него никаких тысячиодних ночей в природе не было.
Ты уверен, что перевод соответствует оригиналу? Может он совершенно новый текст выдумал?
Я думаю все еще проще: он в принципе выдумал сам текст, сразу на французском. А остальное потом наваяли, ретроспективно.
А ловко ты меня смутил!
Советская тащемта.
Турецкая тоже есть.
Эмир подарил Насреддину перстень без камня. Насреддин в ответ провозгласил молитву за эмира:
Всемогущий Аллах! Подари эмиру в раю дом без крыши.
Почему без крыши? – удивился эмир.
Как только па перстне появится камень,- отвечал Насреддин,- будет и крыша.
Однажды ходжа и его жена услышали, как в их дом забрался вор. Эфенди, у нас вор, – взволнованно сказала жена.
Тихо, женщина, не спугни его, – отвечал шепотом ходжа. – Может быть, он найдет что-нибудь стоящее, а уж отнять у него будет легко!
«К тебе, которой день и ночь молюсь,
Без разрешенья я не прикоснусь!»
Красавица подумала с досадой:
«Иль евнух ты, или глупец, клянусь!»
Я встретил девушку — полумесяцем бровь,
На щечке родинка и в глазах любовь.
Ах, эта родинка меня с ума свела,
Разбила сердце мне, покой взяла.
Ах, эта девушка меня с ума свела,
Разбила сердце мне, покой взяла.
Я потерял ее, вместе с нею любовь —
На щечке родинка, полумесяцем бровь.
Ах, эта родинка меня с ума свела,
Разбила сердце мне, покой взяла.
Ах, эта девушка меня с ума свела,
Разбила сердце мне, покой взяла.
Ах, эта девушка меня с ума свела,
Разбила сердце мне, покой взяла.
Пусть целый свет пройду, но найду я любовь —
На щечке родинка, полумесяцем бровь.
Ах, эта родинка меня с ума свела,
Разбила сердце мне, покой взяла.
Ах, эта девушка меня с ума свела,
Разбила сердце мне, покой взяла.
В пиздючестве читал книгу какого-то ближневосточного автора, возможно из стран СССР (а может и нет, но сеттинг там точно, некая средневековая мусульманская страна). Книга не детская, выстроена как детектив и заметки автора, проводящего расследование пропавшего ученого-алхимика. По ходу дела, оказывается, что ученый не пропал, а превратился в гигантскую черепаху, причем достаточно подробно описываются биологические нюансы этого превращения.
Издание не помню вообще, может быть издавалась вообще частями в журналах типа Роман-газета или Уральский следопыт. У бати было хобби, собирать вырезки из разных журналов и переплетать их в самопальные книги.
Известно, что сцена похорон целиком списана с сцены, которую описывает Фадлан в своем Путешествии.
Да, анон, это оно! Сотни нефти тебе.
Только мужской любви многовато.
Читал сборник хадисов Бухари из исламского Шестикнижия. Второй после Корана источник исламской религии. Что-то вроде Нового завета, только разделен на отдельные темы и отдельные фрагменты (хадисы). Например, книга о сподвижниках, книга о войнах. Основная фишка здесь как мне кажется - намеренное введение читателя в заблуждения в духе востока. То есть текст хадиса при буквальной трактовке значит нечто иное, чем при аллегорическом или аналитическом толковании. Такая форма рассчитана на то, чтобы читатель искал истинный смысл высказывания или притчи или стиха. Восток есть восток.
https://islam.global/verouchenie/koran/
> Вообще для средневековья арабские авторы выглядят очень современными,
Потому что их кучно выдумывали скучающие студенты Оксфорда в 19м веке.
"Ах душа моя как персик
А душа твоя как хуй
Вместе мы устроим дружный
Распрекрасный сабантуй"
Поэзия!
Какие талантливые студенты были, слюшай, столько всего навыдумывали и обратно на арабский перевели, да так, что сами арабы ничего не заподозрили.
А как бы они заподозрили, если у них родные языки низведены до статуса диалектов, а классический арабский - это мертвый язык, который они учат в школе как иностранный? Вот классический им англичане и подсунули, на лыжню людей так поставили, что до сих пор разогнуться не могут. Метода проверенная еще на санскрите, работает 100%.
Ибн Фадлан от которого татары приняли ислам.
А ирландцам такой ужас вместо орфографии придумали чисто из ненависти к "белым неграм"?
А ирландцы и сами с усами, хули. Сами же себя и обслужили, если верить хроникам (в смысле, не содержанию, а глоссам и т.п., которые таки на этом самом унциальном гэлике, унц-унц, лол). Ориген, опять же, агент влияния на континенте, проект папского престола. Хотя он-то как раз мог быть и скрытым англичанином, это да. Судя по характеру и стилю операции, лол.
Опять же арабский язык возник на основе египетского.
В смысле египтянин? А, лол, ОК. Да я не про того же. Какая там Англия в те времена? Провинция Британия, ага. Не, ну можно , конечно и там что-то раскопать, лол, не сомневаюсь, но я-то про того, Эриген же который, т.е. буквально "Ирландец", ну. Ну, это мог быть и оперативный псевдоним, конечно, и даже наверняка...
Перевод Салье с восстановлением всех цензурных сокращений, но без примечаний Фильштинского.
>А такие сказки вернули?
Если ты о поздних добавлениях вроде Аладдина, то присутствуют в конце третьего тома.
И фанфики по мотивам впридачу.
Есть читавшие Ибн-Хальдуна? Какой перевод посоветуете, есть внятные издания на русском?
Я давно уже взял, рублей по 400 том был.
Там всего один или два перевода избранных мест. Смирнова, например - крупный специалист. Ибн-Халдун известен прежде всего как теоретик государства.
Если интересна философия, то обычно начинают с Аль-Фараби, потом читают главных философов Авиценну и Аверроэса, а заканчивают самым сложным аль-Газали (есть несколько небольших переводов). Вот Авиценны и Аверроэса существует много переводов, они оказали сильное влияние на западную философию, схоластику, а через неё на более поздних мыслителей. Авиценна вообще родом из Таджикистана, поэтому переводов довольно много.
На рутрекере есть книга Игнатенко А.А. Ибн-Хальдун, там в качестве приложения перевод избранных мест Ибн-Хальдуна.
Привет, как серия называется? Какого года издание? Хочу на электронную читалку кинуть, ребёнку почитать. Спасибо брат.
> ребёнку почитать
Да, ребёнку самое то читать про то, как Аль-Ибаль засунул свой зебб в фардж прекрасной Зейнаб.
Да ладно ещё если в Зейнаб. А то там всякие варианты описаны, лол.
Мне больше всего в детстве нравились сказки Оскара Уайльда. Правда, они тоже не детские, но без пошлости - скорее грустные. Одни из самых грустных сказок в истории литературы. Кстати, тоже с налетом ориентализм.
Что из 20-21 века есть интересное?
Гауфа закинь, а лучше мультфильм калиф аист.
Садриддин Айни (Таджикистан)
Садриддин Айни - таджикский писатель, общественный деятель и учёный, автор трудов по истории и литературе народов Средней Азии, основоположник таджикской советской литературы и Герой Таджикистана. Он родился 15 апреля 1878 году (умер в 1954г.) в селе Сактар (ныне Гиждуванский район Бухарской области Узбекистана).
века до 30-х годов XX века.
«Дохунда»
Главный герой романа - бедняк Ёдгор по прозвищу Дохунда («нищий»). Он оказался после смерти отца Бозора «по наследству» в долговом рабстве у бая Азимшаха. Но, осознав свое подневольное положение, Ёдгор не стал дальше с этим мириться. Путь Ёдгора к революции составляет основу содержания
Мухтар Ауэзов (Казахстан)
Мухтар Ауэзов - советский казахский писатель, драматург и учёный родился 28 сентября 1897 года (умер в 1961г.) в Семейском уезде Казахстана. Лауреат Ленинской и Сталинской премий первой степени. Академик АН Казахской ССР, председатель Союза писателей Казахстана.
Его двухтомный роман «Путь Абая» вошёл в «Библиотеку всемирной литературы».
Сотим Улугзода (Таджикистан)
Один из выдающихся писателей Таджикистана и Центральной Азии Сотим Улугзода родился 11 сентября 1911 года (умер 25 июня 1997) в кишлаке Варзык (ныне Наманганская область Узбекистана). Образование получил в Ташкенте, где в 1929 году окончил Таджикский институт просвещения. Участвовал в Великой Отечественной войне. В 1944-1946 годах возглавлял Союз писателей Таджикской ССР.
Первые его произведения были опубликованы в 1930 году, а в конце 30-х годов основным направлением творчества Улугзода стала драматургия. В 1939 году вышла его пьеса о хлопкоробах «Шодмон», а в 1940 героическая драма о борьбе с басмачеством «Краснопалочники».
Тема Великой Отечественной войны нашла отражение в драме «В огне». Потом были «Благородные друзья», «Искатели», «Утро нашей жизни» и др. А в 1967 году Улугзода написал исторический роман «Восе» о восстании таджикских крестьян против бухарских чиновников.
Ещё одним историческим романов Улугзода стал «Фирдавси», вышедший в 1980 году.
Улугзода также известен написанием сценария к фильму «Ибн-Сино» (Таджикская киностудия, 1956 год) и драме «Рудаки», по которой в 1959 году был поставлен фильм «Судьба поэта», получивший в 1960 году первую премию и медаль «Золотой Орёл» на втором кинофестивале стран Азии и Африки в Каире.
«Восе»
В 1885 году дехкане Куляба и Бальджувана собрали богатый урожай, но в это время местные власти потребовали срочно оплатить все налоги за текущий год и недоимки за прошлые, неурожайные годы. Фактически это означало, что весь урожай должен пойти на уплату налогов. Недовольные дехкане объединились под руководством местного жителя Восе против политики бухарских чиновников.
Гассан Канафани (1936—1972) был одним из ведущих представителей арабской литературы XX века. Подростком он пережил катастрофу переселения, чтобы затем стать одним из лидеров леворадикального крыла Народного фронта освобождения Палестины.
Утром 8 июля 1972 года Канафани, которому на тот момент исполнилось 36 лет, повернул ключ зажигания своего Austin 1100, что сдетонировало гранату, прикрепленную к трем килограммам пластичных взрывчатых веществ, установленных за бампером автомобиля. Вместе с Канафани в машине находилась его семнадцатилетняя племянница Ламис Наджим. Позже ответственность за их убийство взял на себя Моссад
в 1984 году на русском языке в издательстве «Радуга» вышел небольшой том прозы Канафани «Люди под солнцем»
Нагиб Махфуз — арабский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе в 1988 году нашей эры.
Махфуз был одним из выдающихся имен в арабской литературе, и его карьера была полна литературных достижений, которые повлияли на арабских личностей и касались социальных и психологических проблем.
Наш выдающийся арабский писатель получил самую известную литературную награду в мире, о которой мечтает каждый писатель.
Он считается одним из самых выдающихся писателей мира благодаря внушительной коллекции его романов, характеризующихся философией, силой повествования, психологической проницательностью, качеством языка и его способностью извлекать дух, присущий арабским обществам.
Поэтому мы должны подчеркнуть важность этого достижения для всех арабов.
В переходе есть рифма, стиль, идея, смысл. В оригинале абсолютно убогая писанина без рифмы в духе "ебал баран / баран ебан / аллах бабах".
Ты не сечешь фишку просто. Рифмы и у японцев с китайцами нет, там, как и у персов, свои техники стихосложения, что отнюдь не делает их более простыми или примитивными. Тем более, метафоры-аллюзии в чуждом восточном контексте ты как западный человек считывать не способен, а тупо поглядел на сделанный в лоб машинный дословный перевод и с какого-то перепугу решил, что это оригинал и есть.
Так ты бомбанул, тебе и зашиваться. Персидского, тем более среднневекового ты не знаешь, а полез в критики, будто в чем-то разбираешься. Говно ты и критика твоя говно.
Советское издание лучшее
Воняет
То рогатая рыба-какка по делам плывёт ("...хиндустанский водяной зверь. Против жабер у него торчат две
кости, пальца в три длиной. Когда его поймают, он шевелит этими костями и слышится
странный звук; вероятно, поэтому его и назвали какка"), то просто рыба, подрабатывающая психологом, слушает жалобы крокодила (китайского дракона под прикрытием?), то крокодил, высунувшись из Ганга, орёт на рыбаков, то пеликаны дуются на весь мир, то лисицы сплетничают.
Спасибо, посмеялся. Пожалуй решительно возьму экземпляр, несколько лет мимо проходил не обращая внимание.
Честно говоря труд больше исторический, требует немного погружения в историю Средней Азии. Но есть доля размышления автора по поводу людей, себя и окружающего мира
Не выдержав испытаний, большинство птиц отстало, погибло. Лишь небольшая часть сумела преодолеть последнюю долину. Когда они добрались до цели, никакого Симурга там не оказалось, но к этому времени они были настолько спаянны, настолько мудры и возвысились над суетою жизни, что им уже ничего и не надо было, ибо они достигли истины. Истина оказалась в них самих, но чтобы достичь ее, им пришлось отрешиться от собственного "я", слиться в единое целое.
Самих птиц в конце пути было ровно тридцать. ( По-персидски "си" - тридцать, "мург" - птица), Навои умело использует здесь игру слов "си мург" и Симург. Вывод - ищи бога в самом себе.
Символ Симурга или другой интерпретации птицы Хумо, можно часто встретить в Среднеазиатской культуре.
С частичными исправлениями перевода Михаила Александровича Салье (1958 г.)
Так вот откуда Пелевин эту приколюху выдрал и в Gen P вставил, оказывается
— Была такая поэма у аль-Газзави. «Парламент птиц». Это о том, как тридцать птиц полетели искать птицу по имени Семург — короля всех птиц и великого мастера.
— А зачем они полетели искать короля, если у них был парламент?
— Это ты у них спроси. И потом, Семург был не просто королем, а еще и источником великого знания. А о парламенте так не скажешь.
— И чем все кончилось? — спросил Татарский.
— Когда они прошли тридцать испытаний, они узнали, что слово «Семург» означает «тридцать птиц».
— От кого?
— Им это сказал божественный голос.
Твердят христиане: "Всесилен Христос".
Ну, как не дивиться той силе!
Какой бы всесильный безропотно снес,
Когда б его смертные били!
Нам хвалят евреи свое божество.
О добром твердят Иегове.
Он добрый? Как странно! Тогда отчего
Он требует жертвенной крови?!
Обряды персидские дико смешны
Царю удивляюсь Хосрову:
Ведь, чтобы "очиститься", персы должны
Умыться... мочою коровы,
Разумностью, логикой веры своей
И ты не хвались, мусульманин!
В дороге пройдя мимо сотни камней,
Лишь в Мекке целуешь ты камень.
Религия хитрым сплетением слов
Силки для людей расставляет.
Различны силки - не изменен улов:
Глупец в них всегда попадает.
(Перевод В. Демидчика)>>875645
Ясно, ну я мимо советского издания и ходил с научными комментариями, Салье уважаемый переводчик с персидского, арабского, возьму в библиотеку востоковеда, спасибо.
У него достаточно было подобных вставных фрагментов.
Смотрю в издании 1958 532 стр, а в поздних гораздо меньше, видимо без иллюстративного материала.
Я не то чтобы по иллюстрациям, предположил просто что в поздних изданиях они купированы, я нашел несколько отдельных изданий с миниатюрами, закажу одну пожалуй, красивое.
Спасибо.
А покажи что нашёл. Делал курсач по его взаимоотношениям с персами, судьба то у него явно интересная, поэтому использовал онли электронные варианты источников
https://ru.wikipedia.org/wiki/Возвращение_в_Панджруд
Ты ебанутый? Это описание жизни в IX веке по многим источникам.
За тупыми медийными стереотипчиками проследуй в жопу.
То есть ты хочешь сказать, что там стопроцентно проарабский текст? У меня на этот счет нет полной уверенности. Думаю, ты понимаешь почему. Более невежественного представления об арабах и их культуре, чем на западе сложно себе представить. Там автоматически люди занимают оборонительные позиции.Отправным пунктом для исследования там является удаленность читателя от востока. Я же сторонник глубокого понимания не только своего, но и чужого. Поэтому боюсь читать западные книги об арабах. Об африканцах я бы ещё почитал, все-таки западный читатель чувствуют себя с ними чуть увереннее, чем с мусульманами.
Саида Ориентализм наверни, где он разбирает, что вся арабская культура родилась как вторичная интерпретация докладов скучающих колониальных английских и французских офицеров. "Проарабское" это просто "вторичноевропейское"ю
>с африканцами чуть уверенее, чем с мусульманами
Между небелыми нет разницы.
Ну, мне же нужна история, а не развернутое доказательство того, что и так очевидно.
Понятно, у тебя в голове какие-то «арабы» из комиксов, и ты хочешь, чтобы кто-то устроил тебе тур по парку развлечений.
Тогда уж и Соловьёва Ходжа Насреддин .
1) Антология арабской философии
2) Сам учебник
Ибн Сина - перс, Ибн Рушди был суфием, потомком халдейских мистиков и зороастрийских магов. То, что в геометрии и в алгебре много имен на арабский лад, еще не делает их арабами или даже мусульманами. Как и "христианские" имена не делают христианами Плифона и иконоборцев.
Вообще, в исламском мире есть поговорка: "Воины - турки, пророки - арабы, ученые - персы".
Исламский мир - понятие слишком широкое, как и "христианский мир", где шли Крестовые походы и прочее дерьмо.
>>992015
От арабов там только имена завоевателей, хотя Мухаммед на самом деле был великим и реальным гуманистом.
>>978855
Возрождение было создано византийскими беженцами. От ученых, философов, до скульпторов и художников, типа Эль Греко, который соединил стиль условной византийской иконописи с реализмом, породив "вытянутые морды".
Конечно, все уходит корнями в Египет, применительно к грекам - в Атлантиду (реальное государство на острове Фера, которое разъебал вулкан, из-за чего территория этого некогда большого острова сдулась как чиряк, уйдя на дно, оставив культовые игрища с быками на Крите и в Испании, где до они до сих пор существуют, да и даже в Италии, дав имя этом полуострову - "вителия" - "земля теленков").
>Мухаммед на самом деле был великим и реальным гуманистом
В хадисах сказано, что он носил длинную белую одежду, имел длинные волосы, которые спускались на плечи, был красив. Люди говорили про него - где-то мы уже это видели.
>хотя Мухаммед на самом деле был великим и реальным гуманистом
https://2ch.hk/re/arch/2022-05-01/res/786752.html#800390 (
После великих географических открытий шёлковый путь стал не нужен и экономика местных государств загнулась вместе с наукой и искусством
В странах и культурах бывает подъем, потом может последовать и закат. Китай при Мао Цзэдун тоже наращивал народонаселение, вместо индустриализации, сейчас Китай в топе. Основой мусульманской культуры является религиозно-философская литература, которая как раз получила окончательное оформление в период позднего средневековья и европейского возрождения. Исламское общество сейчас является стабильным, крепким, единым.
>Исламское общество сейчас является стабильным, крепким, единым.
Ого, вот это северокорейские лозунги
Как и Китай при Мао Цзэдуне, а результат его правление: рост населения Китая до миллиарда человек.
>Исламское общество сейчас является стабильным, крепким, единым.
Вот только шииты и сунниты как были на ножах - так и остаются. Причём часто буквально на ножах. А ещё ваххабитская ересь, которая тоже не добавляет единства. И т. д.
Да-а, а ведь могло бы быть 3 миллиарда, а не полтора. Молодец, товарищ Мао. Тебе хоть и не удалось полностью решить желтую угрозу, но хотя бы замедлил ее продвижение
Чтоб не исчез с Земли озон,
Чтоб жизни дальше продолжаться,
Китайцев вызвали в ООН
И попросили не ебаться.
Аффтара не помню, но точно со старого удаффкома.
Да, баранов мы порой ебём, бывает!...
И пусть нас в том никто не упрекает
Таков вот Азии сынов удел
Ебать овец средь прочих дел!
Персидская литература в оригинале:
баран ебал баран ебан
ебан баран баран ебан
ебал ебал
Насколько я понимаю, во времена Магомета в Аравии наступил климатический пиздец. Ближневосточный пастиш из семитских и арийских верований (Христианство) захватил Римскую империю, и Магомет воспользовался этим, чтобы начать экспансию, поддержанную римскими семитами (все-таки пророком его признал сирийский монах Бахира, хотя это может быть - и легенда, но ее было бы, если б семиты не видели цены в Магомете).
Да, Магомет разрушал прежний порядок, но его последователи создали культурно-религиозный ареал, который процветал века, и который существует до сей поры, что говорит о том, что намерения Магомета были хорошими.
Мы знаем ислам по варварам - по чеченам (которые до 17 века были язычниками), по барбарийским пиратам (Африку презирают и сами семиты), по различным кочевникам и туркам. Древних мусульман, которые исповедывали религии, легшие в основы и иудаизма, и христианства, и ислама, мы воспринимаем без учета религии - как азеров, например (пренебрежительный термин, но он образован от слова "азери"),чья история глубже, богаче, и сложней, чем даже та конструкция, которую представляет современный Азербайджан (который реально управляется курдами и евреями, с той лишь разницей, что курды эти - потомки Феридуна, а евреи - потомки Левия - те же курды, перешедшие на семитские языки: поэтому Фирдоуси объявлен национальным поэтом Азербайджана - он и сам родственен азербайджанским курдам, так еще и описал их историю).
Очень интересно.
Слушал Шах-намэ - потрясающий эпик. Толкин с его эпосами курит в сторонке. Сильмарилион вообще смотрится как лажа.
История иранских царей, которые даже в зороастризме имели благодать, и история врагов Ирана - арабов и тюрок, царями которых управляет дьявол. История про то, как араб Захак, у которого выросли змеи на плечах, которых должен кормить человечьими мозгами, чтобы они не съели его мозг - это вообще дарк фэнтези. Ну и история, как он набирал гарем, чтобы их поебать, и чтоб потом его головы-змеи съели их мозг - это ваще гримдарк. Там есть и про страдания Захака, и акк он смиряется, и как потомки слабого царя ему противостоят, как они стали бомжами, и как потомок того слабого царя спасает женщину из гарема чудовища... Дальше я не слушал, но там тоже будет много интересного.
>разбираться в лоре восточных торговцев со слов восточных торговцев
Алсо, у тебя превратные представления. Я вспоминаю цикл про Синдбада, когда Синдбад-мореход призывает к себе Синдбада-носильщика (пролетария) и рассказывает ему, как опасна жизнь торговца-морехода. Ну и тысячи чурок-чернорабочих - это отнюдь не торговцы. Конечно, они совсем не похожи на нас, и не надо нас смешивать, как делают всякие уроды-"еврей-зийцы", но у нас есть те же страдания и те же надежды, пусть и в другом ключе.
Все равно не интересно. Все что надо про ориентализм вообще сказал Саид - восток это выдумка в глазах смотрящего западного человека. Что собственно, ты тут и доказываешь, рассказывая будучи западным человеком в западной парадигме какой восток интересный.
Конечно, ты не читал.
Ты и Авесту не читал, а то бы возбухнул про Ажи-Дакаху. Ты вообще ничего не читал.
Тебе кажется, что ты смог найти что-то новое и необычное, но ты посмотри на свой эрзац-язык: ыыы дарк-фентези, ыыы дьявол, ыыы толкин курит в сторонке, ыыы гримдарк, ыы эпик. Ты скажешь что дескать, просто пытаешься продать букачеру свои впечатления, но даже не понимаешь что сам акт необходимости продажи дескать ценного под видом привычного и выдает в тебе того самого восточного торговца. Ара, пох чка, отстань от людей.
Есть поэтическая выдумка - минареты, уходящие в небеса, поющие муэдзины, остатки вавилонской башни, по которой бродит ведьма - мать Ватека, а внутри этой башни воют чудовища и призраки - персонажи игры "Клайв Баркер Джерико".
Можно назвать выдумкой сказки и предания, но как назвать выдумкой реальные чаяния жителей Востока, которые они отобразили в своих сказках?
Восток - это не Запад, их приравнять невозможно.
Отрицать их тоже невозможно, потому что это реальная константа, и с Востоком взаимодействовал Запад.
Что же всем не нравится?
Морды - слишком белые или слишком бежовые, пустынные хламиды или доспехи крестоносцев? Серые соборы или белые мечети, кони или верблюды?
Очевидно, что - нечто душевное. То, что объединяет древнюю цивилизацию Египта (коптов) с греческой, римской, и поздней ромейской цивилизациями. Не антураж, а общность души, стремление расти и идти вперед, те стремления, которые взращивала РИ и СССР (но последняя потакала "арабскому национализму" - на самом деле "египетскому национализму" - который выебал все режимы в Северной Африке).
>мидвит высказывает мнение
Да братан, с каждым сообщением все интереснее. Ты усиленно пытаешься романтизировать новости из третьего мира которые не интересны даже в третьем мире. Братн, нет денег, все, никому это никогда уже не будет интересно.
Почему же?
Мир широк, индоевропейские верования широки. Амбиции пантюркистов вбиваются им взад, негры живут в своих негритянских странах. Что же плохого в поэзии индоевропейцев?
Лишь как в пропаганде пан-исламизма - это действительно хуйня, с котрой мы боремся на два фронта и европейским фашизмом, чьим арьеградом идут хохлы. А вторым - чурки.
>Посоветуйте афганской литературы. Нравится мне этот народ, и хотелось бы и ознакомиться с некоторыми авторами этого народа, неважно, известные, иль не известные.
Гульбеддин Дегматияр "Бесконечный арык".
Тебя троллят, переиначивая название книги Галковского "Бесконечный тупик" на будто бы афганский манер.
А реально на БВ, включая Афганистан, в плане литературы ловить нечего. Ну есть какое-то количество интеллигентской прозы (основоположник Маулави Ахмад, ну и там еще с десяток более-менее известных имен типа Захейли, Кушкаки, Ульфат) на западный манер, она даже довольно читабельна, но это карго-культ же. Реально надо читать поэзию, это уже много веков традиционный формат художественного самовыражения хоть на пушту, хоть на урду, хоть на фарси (да и у тюркских/арабских соседей то же самое), а если в переводе, то что там от поэзии остается? Вот и получается, что либо зубришь язык и оказываешься в гетто из 3,5 энтузиастов, либо кушаешь вторичную пародию на многократно виденные и опостылевшие европейские формы словесности.
Я пока не совсем понял это все разные люди или же псевдонимы. Но очень интересно! Индийские тексты 19-20 века это тоже всё "попа пэрсик вкусьный как слива каращо!"?
Эй скуф, где твой светлый юный лик?
Как соскуфился мужик, за пару лет стал как старик
Твоя плешь, словно озеро средь гор
Где Рабиндранат Тагор пишет песнь, вздохнув
Эх, скуф, скуф
Фамилии из Индостана (фамилии деши - т.н. "земляков") являются фамилиями каст. Есть очень много Тагоров, есть очень много Джоши - это фамилии брахманов от рода их деятельности.
Все - от Вед, "индуизм" и Пураны - это для быдла, именно санскрит сейчас является в Индостане обязательным языком для ученой деятельности, а не хинди. Ученые реально пишут труды на санскрите, и даже творческие работы. Они реально знают санскрит, говорят на нем, пишут, это - язык науки, совсем не мертвый язык, и знают его и говорят на нем около 200 миллионов человек.
Соответственно, все эти санскриткие (он самый древний кодифицированный ведичесий язык, с примесью туземных словечек, но это - нужное зло, потому что оно касается флоры и фауны Индостана, аналогам которых нет в ведическом) слова превратились в эпитеты, а затем - в родовые имена. Тагоров и Джоши (лекарей, кажеться) можно встретить везде в Индии. И эти люди отнюдь не срут в Ганг, не являются говном или нувориш-цыганами, а живут очень скромно, и в то же время - великолепно, как слуги Брахмана.
Ради справедливости, многие из Азиатского мира живут тоже очень почтительно к старине, а не как орки и чуреки.
Любители серии "Я познаю мир" помнят, как Небесный император победил Бога грома, убил его, и из его костей и кожи сделал барабан. представить это - сущий кошмар! Старик с четырьмя головами убил бога, вырвал у него кости и снял кожу, а потом стал бахать по его коже его же костями!
Немногие знают, что Бог грома - это живые кости, которые летают по небу, убивают и жрут несчастных людей, н типа Костяных Драконов в Варкрафте 3, там последний правитель, тот самый Хуань Ди, который был тираном в жизни на земле, стал его противником.
Хуань Ди, которого духи выбрали императором, ходил-бродил по равнине над пропастью, и тут налетел Дух Смертельного Ветра. У него ебалом был череп, крыльями - кости рук, он убивал людей холодом, и ваще был тварью той еще страшной. Хуаньди тоже испугался его, убежал в хижину к людям - там жили старики, Дух ветра разрушил хижину и убил их, потом Хуаньди призвал духов мира и тишины, и ужасный призрак погиб, растаяв, от него остались только его кости. Небесный император взял их, ударил по своему пузу - и появились благожелательные в земледелию дожди, не превращающиеся в грозу.
Даже у прогнувшийся персов в "Шах-намэ" есть ужасающие пассаажи, где трехглавый змей-горыныч (Ажи дахака) оказывается арабским вождем, ставшим дьяволополклонником, у которого выросли две змеиные головы, которые пожирают человеческий мозг. Ажи дахака стал основой для современного мифа про адренохромных вампиров, которые трясутся из-за болезни "куру" ( из-за пожирания человеческих гипофизов, где содержится адренохром).
Ну и Древняя Персия, с Вавилоном, содержится в современном фэнтези, с его минаретами, древными лабиринтами под городами и древними чудовищами - от автора "Рыцарей против Колдунов на планете Венера" до Дансени, и Берроуза.
Впрочем, это не такая уж фантастика, потому что космическиме пираты и варвары уже были в реальности - это Барбарийские пираты, которые охотились именно на белых людей, разбойники-фанатики, которые охотились на белых людей и христиан, потому что сами женились на своих двоюродных сестрах, погрязли в инцесте и в уродстве, и только новая кровь могла их спасти от вырождения.
посмотрите на традиции инцеста - это совсем не радость и не секс, это - ужас и боль, уроды, над которыми плачут отец и мать, которые не могут ходить, а только стонут, инцест - это плачь и крики, реальный ад, слезы и ужас.
Почему нет имени и номера? Или даже имени нет, а что-то другое? Почему у всех на планете одна и та же система? У славян еще отчество есть, но это мелочи. Просто решили выпендриться, чтобы все внимание обратили. Женское мышление.
> Почему во всех культурах у людей есть ИМЯ и ФАМИЛИЯ?
У исландцев нет фамилии, только отчество.
> Просто решили выпендриться
Схема та же по сути. Хуйлун Гыгылдоттир - не отличишь от всех остальных.
Тебя это ебать не должно, шизло.
Удивительно!
Перевод очень хуевый, видимо, сделан настоящими академиками - эдакий компромисс размером (я не знаю какой он в оригинале) и тем, о чем на самом деле писал Низами. Это плохой перевод во всех смыслах, для начала - он плох как поэтический перевод. Что касается образов и прочего - он тоже плох. Какое-то нагромождение всего и вся, где отсутствует центральная тема. Смысл только смутно улавливается - как в плохих переводах иностранных комедий. При этом смутно улавливается и связь между образами. Однако структура явственно видна, и она великолепна - такого мастерства достигли в Европе не сразу, а в прозе - аж в 19 веке (модернизм)! И это создано черт-те когда, в Средние века!
>ЛИТЕРАТУРА БЛИЖНЕГО ВОСТОКА И СРЕДНЕЙ АЗИИ
Ебаль баран
Баран ебаль
Барану биль я очень рад
Ой ты барашек верный мой
Чего же ты затряс рогой?
Ужель мой уд тебе не мил?
Иль думаешь не хватит сил?
Жиза. Стригся в дешевой среднеазиатской парикмахерской. Ещё я думаю любовь к стойкому парфюму от говнозапаха у них. И не в обиду нигде не напиздел.
Парфюм у мусульман это предписание религии. Мухаммед больше всего любил парфюмерию и женщин.
Гугли просто. Алисе вопрос задай - все распишет.
Там на самом деле как-то сложно. У ханафитов - любое предписание это обязанность, а ханбалитов, например, обязательные только несколько вещей, а все остальное необязательно. А у шафиитов всякие степени того, что нужно и в каком порядке.