Ее контуры планируют обозначить в течение полугода

В Минцифры планируют в течение полугода определиться с контурами политики в отношении VPN — об этом заявил глава ведомства Максут Шадаев. По словам Шадаева, сегодня доля идущего через VPN трафика в стране увеличивается, а с «недружественными сервисами», которые не соблюдают требования законодательства, борется Роскомнадзор. При этом порой страдают и легальные корпоративные VPN, что и намерены исправить в Минцифры. «Известия» выяснили, для чего необходима единая стратегия и как она могла бы работать.

Государственная политика

В Минцифры планируют до конца года определиться с контурами политики в отношении VPN в России. Об этом заявил глава министерства Максут Шадаев во время выступления на TAdviser SummIT 2025.

— Думаю, что сейчас в ближайшие полгода мы как-то определимся с контурами политики в этой части. (…) Мы сейчас будем вырабатывать четкую политику в этой части. Настало время договориться о единственном праве. Сейчас не могу сказать вам, куда бежать, но скажу ближе к осени, — сказал Шадаев.

Он отметил, что сегодня доля VPN-трафика в стране увеличивается, а с «недружественными сервисами», которые не соблюдают требования законодательства, борется Роскомнадзор. При этом иногда страдают и легальные корпоративные VPN, необходимые для работы организаций.

По мнению экспертов по кибербезопасности, единая политика могла бы учитывать как вопросы кибербезопасности, так и потребности пользователей и бизнеса. Пользователям она позволяла бы сохранить доступ к необходимым ресурсам, обеспечить прозрачные правила использования VPN и повысить уровень безопасности. Бизнесу — защитить каналы, используемые для удаленной работы и международной деятельности и сохранить стабильность рабочих процессов.

— При этом государство получило бы эффективный инструмент контроля над нелегальными VPN-сервисами, ограничило распространение противоправного контента и повысило управляемость интернет-пространства, — отметила в беседе с «Известиями» эксперт, инженер-аналитик компании «Газинформсервис» Екатерина Едемская.

Контроль за трафиком и использованием VPN позволяет государственным органам оперативно выявлять и предотвращать схемы, связанные с обходом блокировок или анонимизацией, что важно для борьбы преступлениями, в том числе терроризмом и экстремизмом, указал начальник отдела по информационной безопасности компании «Код Безопасности» Алексей Коробченко.

Ситуация с VPN

Сегодня в России наблюдается устойчивый рост интереса к VPN-сервисам. По данным аналитического агентства Vox Populi за 2024 год, ими пользуется около 60% взрослого населения, чаще всего — молодежь от 18 до 24 лет. При этом в 2023 году АНО «Диалог» и АНО «Диалог регионы» приводили статистику, согласно которой VPN использует почти 30% россиян — для доступа к заблокированным социальным сетям, а также для повышения анонимности в интернете и в рабочих целях. С 2022 года спрос на анонимизирующие технологии сохранялся на высоком уровне, однако государственная политика в отношении VPN не была системной.

— Вместо формальных процедур Россия пошла по пути технического ограничения доступа к конкретным VPN-сервисам, которые не соблюдают требования законодательства. Такие меры включали блокировку приложений в App Store и Google Play, ограничения на уровне провайдеров, а также использование технологий глубокой фильтрации трафика. При этом в стране до сих пор отсутствует единый нормативный документ, регламентирующий правовой статус VPN-сервисов, допустимые способы их использования, а также принципы различения корпоративных и частных целей, — говорит адвокат Шон Бетрозов

В результате, отмечает он, сложилась противоречивая ситуация. С одной стороны, государство стремится обеспечить цифровой суверенитет и защиту национальных интересов. С другой — отсутствует правовая определенность как для пользователей, так и для компаний, особенно в условиях санкционного давления.

Проблемы и риски

По словам адвоката Шона Бетрозова, правовая неопределенность в отношении VPN-сервисов приводит к тому, что граждане не знают, какие из них могут использоваться законно, а какие подпадают под потенциальную блокировку. У них нет возможности заранее спрогнозировать, будет ли конкретный сервис работать в долгосрочной перспективе. Более того, в случае использования VPN человек может подвергнуться проверке со стороны правоохранительных органов, не имея возможности обосновать свою позицию.

— Вторая проблема — трудности, возникающие у бизнеса. Многие компании, особенно международные, используют VPN для безопасного подключения сотрудников к корпоративным сетям. Однако в рамках технических ограничений корпоративные сети часто блокируются наравне с публичными сервисами. Это приводит к сбоям в работе, рискам утечки данных, необходимости срочного поиска альтернатив, которые могут оказаться менее надежными, — говорит юрист.

Кроме того, добавляет технический руководитель департамента управления поверхностью атаки (ASM) компании F6 Николай Степанов, ситуация с массовой блокировкой VPN создает риски киберугроз для обычных пользователей — после ухода известных сервисов появилось множество мелких, непроверенных и «серых».

— С ними связаны две крупные проблемы: кража данных и распространение вредоносных программ, — рассказывает эксперт. — Например, в Китае обнаружили вредоносную кампанию, которая была нацелена на пользователей VPN. Компьютеры, зараженные подобным образом, могут в будущем использоваться в DDoS-атаках и, по сути, становятся марионетками в руках злоумышленников.

К примеру, объясняет он, человек может просто посмотреть видео с компьютера, где был активирован VPN, а на следующий день зараженное устройство будет «участвовать в атаках на банки».

— Вторая проблема — сбор данных. По сути, VPN-провайдер — посредник для ваших данных между вами и сайтом, на который вы заходите. Вы, как пользователь, никак не можете проверить, что VPN-провайдер не собирает или не продает ваши данные другим компаниям или странам. Все бесплатные альтернативы с большой вероятностью существуют только на основе продажи данных клиентов, — говорит Степанов.

Аспекты стратегии

По мнению начальника отдела по информационной безопасности компании «Код Безопасности» Алексея Коробченко, четкая политика в отношении VPN может включать несколько важных аспектов, учитывающих интересы государства, бизнеса и граждан.

— Для государства основным элементом такой политики станет обеспечение контроля над безопасностью и защитой суверенитета Интернета. Это предполагает разработку мер по противодействию обходу блокировок запрещенных ресурсов, борьбу с киберпреступностью и предотвращение распространения экстремистского контента через анонимные каналы, — считает эксперт.

В то же время, продолжает он, для бизнеса важно предусмотреть сохранение легального доступа к VPN-сервисам, необходимым для эффективной и безопасной работы сотрудников и защиты коммерческой тайны.

— Сейчас компаниям сложно использовать VPN официально, так как они могут быть признаны «инструментом обхода блокировок» и повлечь проблемы. Потому нужно создать перечень «белых» VPN-провайдеров, разрешенных для бизнеса, и ввести для них политику по хранению логов, прохождению сертификации/аудита. И выделить специальные каналы для критически важных отраслей, — считает Николай Степанов.

Для граждан политика может устанавливать возможность использования средств защиты приватности и анонимности в Интернете, однако с определенными ограничениями, например с запретом на доступ к запрещенным законом ресурсам. В целом, предполагает аналитик Екатерина Едемская, единая стратегия может включать:

• юридическое определение допустимого и недопустимого использования VPN;
• перечень разрешенных и запрещенных VPN-сервисов;
• требования к операторам VPN по локализации данных и сотрудничеству с госорганами;
• правила использования VPN для бизнеса и госструктур;
• меры ответственности за нарушение установленных правил;
• механизмы технического контроля и мониторинга VPN-трафика;
• процедуры сертификации или регистрации VPN-сервисов, работающих в стране.

https://iz.ru/1895799/maria-frolova/igra-po-pravilam-v-mincifry-resili-opredelitsa-s-politikoi-v-otnosenii-vpn