То, чего боялись: Россия атаковала экс-республики СССР оружием XXI века

Вначале новости. Гражданам по понятным причинам было не до того, но российская оппозиция только что опять раскололась. На сей раз — из-за чемпионата. В ее рядах обнаружилось множество морально неустойчивых личностей. Тех, кто в воскресенье вечером забылись и вместе с остальной нацией орали, прыгали и скандировали имя своей страны.

За это морально стойкая часть оппозиционеров (которая горько иронизировала про мячик, отвлекающий народ от проблем) — отступников заклеймила. Обвинила в предательстве идеалов и в нравственном падении. И поднялся хай, в ходе которого стороны применяют друг к другу эпитеты повышенной этажности.

Раскол был замечен, и над ним поиронизировали. Однако есть мнение, что это вовсе не самый драматический слом, происходящий в эти дни.

Дело в том, что незаметно для россиян сейчас вокруг России сносит еще один стратегически важный барьер.

Речь об экс-союзных нам республиках, поколение назад ставших самостоятельными государствами. Их ключевую систему обороны ломает сейчас российская информационная атака — и, что самое обидное, обвинить Россию во взломе и распространении фейков невозможно.

В чем вся штука. Мы тут не вполне осознаем, но вот уже третью неделю день за днем окружающие нас государства принуждаются к детальному ежедневному разглядыванию бывшей метрополии — то есть сегодняшней России. И не только по телевизору, но по всем прочим "инфопроводам" — через ютьюб и через каждый утюг.

В сочинскую Олимпиаду этого не было — то была зима, небольшое в сравнении с ЧМ число гостей и локальная, собранная в одном месте инфраструктура. А сейчас лето, и миллионы подключенных к интернету болельщиков с журналистами кочуют по пространству чемпионата площадью эдак с Евросоюз.

И наши соседи смотрят на Москву, на Казань, на Петербург, на Ростов, на Нижний, на Саранск и Екатеринбург. И наши соседи видят, говоря коротко, совсем не то, что хотят. И совсем не то, во что привыкли верить.

…Дело в том, что фундаментальным элементом всех "постсоветских государственностей" была и остается следующая идея:

"Наш (нужное вписать) народ, обладающий уникальной древней культурой и природным породистым благородством, провел (нужное вписать) веков в плену у нищебродской российской империи. Тяжело дались нам эти годы под властью пьяных вороватых варваров, не умеющих ничего и не уважающих ни себя, ни свою страну. К счастью, мы сумели вырваться из их барака. У нас теперь свои трудности, но от бывшей империи после того, как она потеряла свои прежние завоевания, вообще ничего не осталось. Настоящий мир презирает эту бензоколонку и не держит за равную. Когда там развалятся последние ржавые ракеты, эта страна уже не поднимется. И знать о том, что там происходит, нашим людям просто незачем — кого интересует полярная нигерия. Как же все-таки мы выиграли, сбежав от нее".

И вот сейчас — идея исторического выигрыша, полученного бегством от России, у окружающих республик трещит и рвется на британский флаг.

Потому что сначала в течение месяца в страну-бензоколонку влился поток мировых лидеров и руководителей мировых ресурсных картелей, свидетельствующих свое почтение и имеющих просьбы и интересы.

Затем умы окружающих экс-братьев с середины июня смущают околофутбольные панорамы российских городов и восторженные туристы из Настоящего Мира.

А затем лидер этого Настоящего Мира, объявив, что страну-бензоколонку надо бы вернуть в клуб мировых держав, опять-таки отправляется на самую границу с бензоколонкой, чтобы засвидетельствовать почтение ее тирану и обговорить с ним некоторые свои просьбы и интересы.

Наши соседи смотрят на это, и под ними шатаются национальные идеи.

И пожилые экс-коммунистки из Прибалтики внезапно снова начинают ненавидеть "этих русских"с юным задором. И снова, как впервые, начинают ждать танков. И полузабытые народные артисты из последних сил кричат, что ужасно счастливы больше не быть с русскими.

И неслучайно, кстати, такая большая часть "антипраздничного" дискурса в самой России сегодня раскручивается из ближнего зарубежья. "Тем временем ваши шлюхи спят с болельщиками", "тем временем у вас пенсии отменили", "тем временем вашу Сибирь китайцам продали" — исполняется полусоотечественниками с невероятным надрывом.

Тот факт, кстати, что это все пишут подданные держав, действительно ушедших под спил, давно уже задравших пенсионный возраст за 65 и торгующих населением оптом и в розницу в объемах "от 20 до 50 процентов", — накала разоблачений России не снижает. Наоборот. Они сейчас не просто "мстят бывшей метрополии" — они мучительно заделывают появившееся горькое чувство исторического проигрыша.

И дело тут, как ни странно, не в деньгах. Сочетать поездки на заработки в Россию с презрением к ней подданные "национал-демократий" вполне научились.

Нет, сейчас происходит куда более обидное и страшное.

К ним приходит — причем не из самой России, а рикошетом, из того самого Настоящего Мира — признание покинутого барака мощной, состоявшейся и, главное, высокостатусной страной. Древние породистые народы с врожденной культурой видят, что оставленный ими позади развалившийся барак империи как-то опять оказался впереди и недосягаемо вверху.

И к местным "лидерам общественного мнения" приходит осознание того, что этого люксового статуса их уютные "нероссии", их бедные, но чистенькие национал-демократии не получат никогда по определению. И от этого у тех, кто еще помнит себя согражданами "этих русских", открывается острейший эмигрантский синдром. Со всеми его трагикомическими эффектами и бессознательными криками о кровавом режиме, генетических рабах и проданной Сибири.

Да, и вот еще что.

В глазах тех жителей наших стран-соседей, кто вырос после СССР и никакими "согражданами русских" никогда не был, — новый высокий статус России воспринимается без внутренней драмы. А скорее с интересом: они, как латиноамериканцы к югу от США, просто видят поблизости от себя глобальный центр силы (а заодно экономическую державу и широкое поле для деятельности и потенциальной карьеры). И некоторые внезапно делают открытие, что карьера управляющего в итальянском отельчике — это, оказывается, не потолок человеческих возможностей.

Потому что рядом, оказывается, ядерная космическая (арктическая, тихоокеанская, транзитная, добывающая и прочее) держава. Реализующая один за другим макропроекты и участвующая в управлении миром. И нуждающаяся, как любая растущая держава, в трудовых кадрах.

…Есть основания полагать, что этот удар по национальным идеям постсоветских "антироссий" в итоге окажется более разрушительным, чем любые вторжения бурятских танков.