Давайте немного поговорим о том, о чём все говорят - о бензине.

1. Нефть - это смесь углеводородов. Чтобы её как-то с пользой использовать, её нужно разделить на фракции. Для этого её нагревают в ректификационной колонне, ну да неважно. Фракции варьируются по температуре кипения: сжиженные углеводородные газы (СУГ) - пропан с бутаном, потом бензиновая фракция, потом керосиновая, потом газойлевая (из неё получают дизельное топливо) и, наконец, остаточные фракции (идут на мазут). Есть ещё нафта, газолин и куча других терминов, но нам они не нужны.

Нефть бывает тяжёлой и лёгкой. Чем тяжелее нефть - тем больше в ней доля "тяжёлых" фракций. То есть из тяжёлой нефти можно при прочих равных получать больше дизеля и мазута и меньше бензина и керосина. (Вообще-то дизтопливо относится к числу светлых нефтепродуктов, но, повторюсь, не будем уходить в детали).

Это очень большое упрощение; в реальности переработка не сводится к простому разделению на фракции. Высокооктановый бензин можно получать даже из тяжёлых фракций. Например, новая технология H-oil (гидрокрекинг тяжелых нефтяных остатков в реакторе с кипящим слоем катализатора при высоком давлении водорода; да, я тоже ничего в этом не понимаю, это сложная химия) позволяет получать бензин из самой тяжёлой фракции - гудрона, который обычно идёт на асфальтобетон и мастики (замазки). Но в целом чем тяжелее нефть - тем больше дизеля (и особенно много мазута) и меньше бензина.

2. Если бросить горящую спичку в бочку с дизтопливом - она быстро погаснет. Бензин гораздо опаснее. Основную опасность представляет даже не сам бензин, а его пары, которые постоянно будут висеть над любой открытой ёмкостью с бензином - и которые очень легко загорятся от малейшей искры. Поэтому в огромных бензиновых резервуарах крышки делают... плавающими: между самой жидкостью и крышкой не должно оставаться пространства.

Возить бензин на большие расстояния, конечно, можно. Но это сложнее и опаснее, а значит, дороже, чем возить дизель или саму нефть.

3. Основная российская марка нефти Urals несколько более тяжёлая, чем в среднем нефть в мире. В России есть сорта лёгкой нефти (например, ESPO или Sokol), но их не так много и они идут почти исключительно на экспорт. Лёгкий сорт Siberian Light смешивается с другими сортами и формирует Urals.

Соответственно, из нефти, которая перерабатывается в России, получается сравнительно много дизеля и сравнительно мало бензина. Нефтепереработка в России исторически была в большей степени ориентирована на дизель: в СССР легковых автомобилей - главных потребителей бензина - было немного, а вот дизель экономика съедала в огромных количествах. Наконец, дизель легко перевозить и экспортировать, бензин - гораздо сложнее. Неудивительно, что во время масштабной модернизации российской нефтепереработки, проведённой в 2011-19 годах, НПЗ ориентировались именно на максимизацию выпуска дизеля (в первую очередь ради экспорта в Европу).

В 2024 году в России было произведено примерно 89 млн тонн дизеля и 41 млн тонн бензина. Экспорт дизеля превысил 30 млн тонн, экспорт бензина составил всего 4 млн тонн. 90% произведённого бензина потреблялось внутри страны.

4. Насколько важен дизель? Очень важен. Почти вся сельскохозяйственная техника, подавляющее большинство грузовиков (и почти 100% новых грузовиков), вся строительная техника, все тепловозы работают на дизеле. Дизели стоят на бронетехнике и кораблях; на крупных морских судах используют не дизтопливо, а мазут. Мазут используют в качестве резервного топлива в энергосистеме (при этом крупных электростанций, использующих мазут в качестве основного топлива, в России давно нет).

И это хорошие новости. Для функционирования важнейших элементов инфраструктуры страны важен не столько бензин, сколько дизель. При этом дизеля исторически производится гораздо больше, чем потребляется внутри страны. Можно надеяться, что даже после ударов по НПЗ дизеля для внутреннего потребления будет достаточно. Надежда умирает последней.

5. Плохие новости в том, что наличие дизтоплива никак не компенсирует отсутствие бензина. Перестроить существующий НПЗ так, чтобы он давал побольше бензина и поменьше дизеля, можно (особенно если начать отправлять на этот НПЗ лёгкую нефть). Но на это требуется очень много времени и очень много денег. Конечно, сейчас об этом речи не идёт.

6. Бензин можно покупать за границей. Но всё не так просто. Во-первых, есть проблемы с инфраструктурой: как физической (порты заточены под экспорт, а не импорт, а возить бензин сложно, как мы уже знаем), так и транзакционной (нет устоявшихся торговых связей, договорённостей, финансовых схем).

Во-вторых, в мире просто не так много свободного бензина, доступного для России. Крупнейшим нетто-экспортёром, как ни странно, является Евросоюз (больше 40 млн тонн). На втором месте - США, больше 20 млн тонн нетто-экспорта. Брюссель и Вашингтон ввели против России строгие санкции. Много бензина экспортируют страны Персидского залива, но поставки оттуда могут быть в любой момент прерваны войной (а перевозки бензина, как мы уже знаем, максимально уязвимы). Китай экспортирует почти 10 млн тонн бензина, но его экспорт завязан на страны Восточной Азии. Бензин в мире, конечно, есть - брутто-экспорт странами мира за вычетом ЕС и США составляет около 140 млн тонн в год, а общее производство в несколько раз больше - но быстро получить нужные объёмы непросто.

Есть Белоруссия с мощной и прошедшей глубокую модернизацию нефтепеработкой. (В Мозыре, например, действует установка упомянутой выше H-oil). Белорусские НПЗ производят 4 млн тонн бензина в год, и значительную часть могут отправлять на экспорт. Такие поставки могут перекрыть существенную часть дефицита - и уже во многом их перекрывают: в этом году импорт бензина из Белоруссии, вероятно, приблизится к 2 млн тонн. Это много, но не слишком много в сравнении с потреблением бензина в России в целом: не больше 5%.

7. Авиакеросин находится где-то между бензином и дизтопливом. Его производство превышало внутреннее потребление примерно на 15-20%, то есть избыток был, но не такой большой, как для дизеля. Производство керосина куда более сконцентрировано, чем производство бензина и дизеля, и это делает его более уязвимым. Ситуация облегчается тем, что самолёты, совершающие международные рейсы, могут заправляться под завязку там, где топливо дёшево. Дешёвый керосин, кстати, был одной из причин превращения Дубая в глобальный авиахаб.

...

Давать сейчас любые прогнозы бессмысленно - всё меняется с бешеной скоростью. Написанное выше позволяет только чуть лучше понимать общую картину.

Такие дела