>>07416

Фикшен от сис:

- Г-господин...
Голос прошелестел откуда-то сбоку. Он бы и не услышал его среди шума кондиционеров, гула холодильников и переругивания престарелых покупательниц с продавцами на соседней кассе, но в тот момент обе стороны видимо решили сделать небольшую паузу, набирая воздух перед новым раундом словесных баталий, и потому голос Гиги достиг его ушей.
Он обернулся. Спутница стояла возле стеллажей с шоколадками и заискивающе смотрела на него. Истощенная и сутулая фигура смотрелась поразительно жалко и нелепо рядом с этим алтарем консьюмеризма. Холодный свет потолочных ламп отражался на ярких сверкающих обертках конфет с изображениями золотистой тягучей карамели, аппетитных орехов и хрустящих вафель. Цветастые логотипы, результат десятков лет работы маркетологов, цепляли взгляд и словно светились на полках, множась и множась в бесконечных рядах упаковок. И в то же время этот свет безжалостно подчеркивал зеленоватый цвет ее влажной от пота кожи, редкость прилипших ко лбу и шее прядок черных волос, запавшие глаза, блестящие сейчас лихорадочным блеском.
На секунду его захватили воспоминания: еще недавно ее глаза сверкали жизнью, было в них что-то такое, что придавало значимости и его судьбе. Куда все делось? Не успев погрузиться в эти размышления он поддался импульсу и взял с полки киндер. Взятка жизни, чтобы ненадолго вернуться в те, пережитые ранее эмоции. Нет, не они, но можно же представить их, обмануть всех, обмануться всего за 49,90.
Уже на кассе его одолели сомнения. Мучительная неуверенность, ощущение, что он не достоин любви и обычная прижимистость заскрежетали в душе, как шестеренки одного механизма, перемалываюшего все его мысли и эмоции одну за одной уже много лет. Но и отступить назад перед презрительным взглядом кассирши было уже поздно. Он разжал кулак и на блюдечко для монет, с трудом отклеившись от влажной ладони, опустилась смятая купюра.
Проскрежетал выплевывая чек кассовый аппарат.
Они вышли в 30-градусную московскую жару.
- Когда же поспеют чертовы яблоки, - с раздражением подумал он.
- Ебать, воняют, - подумала кассирша.