Асфальт умирает под натиском неба. Ошмётки проволки и арматуры раскиданы по пустырю, они задыхаются, они просят спасения: это тщетно. Я молчаливо свидетельствую их мучениям, не в силах достаточно врубиться в их стон. Голова назойливо пустая. Может быть, тому виной вчерашние отхода: кажется, сегодня я от них всё ещё не отошёл или же снова что-то принял, или то было месиво из мяса, лежащее в пяти шагах налево и трёх вперёд. Пыль на асфальте помечена спиралью из ошмётков человеческого тела, красная пыль: в основном в ней содержались кровь, мозговая масса и мелкие осколки черепа, в меньшей мере — мышечная ткань, моча, дерьмо и сперма, смешанные в условно-равной пропорции. Честно говоря, я не помню или не хочу знать, как это произошло. Если выстроить чёткую траекторию от моей местоконструкции, можно наблюдать некую клифу от человека, ракушку или скорлупу, причём в буквальном смысле: все внутренности разложены в причудливой схеме, в которую встраивалась эта спираль, задавая ей причудливую траекторию и способ если не жизни, то примордиальной пульсации, съезжания, ускорения бытия. Мне вдруг стало дурно: очень захотелось снова поставиться аксой. Мне кажется, Солнце хочет меня убить. Пространство вибрировало и гудело: что-то вторгалось вместе с солнечными векторами, не нарушая их гомологию, заставляя скорлупу от человека медленно двигаться. Срочно перехватить. Я срываюсь с места, добегая до девственно чистого рюкзака у дерева неподалёку: густь аксы, бутылка воды, баян, предусмотрительный шмат ватки. Жгут не нужен, акса не угасает вены, а детерриторизирует их, и сегодня должна была вылезти новая. Торопливо готовлю ширево в крышечке крышечке зип вязкое размешивается, я набрал воды, пробив ракетой стенку бутылки, чтобы остатки воды прикольно вытекали, я немею от ужаса, не в силах оглянуться, но знаю — ракушка из человека медленно выгибается и ползёт ко мне. Около левого глаза, кажется, вздулась новая вена, очень хорошо — наспех пробиваю, контроль, сильно больше чем надо, чтобы увидеть правым, ширево. Первым немеет глаз,++++++++++ вена лопается, я сейчас ёбнусь, я сейчас ёбнусь, я сейчас ёбнусь, я сейчас ёбнусь, я сейчас ёбнусь, я сейчас ёбнусь, я сейчас ёбнусь 㴣 втекает в меня соки свежего трупа втекают в меня, моё лицо съезжает, моя голова съезжает, ебало с хрящами трещит и плавится, всё кричит и стонет. Я становлюсь асфальтом, становлюсь арматурой, становлюсь у е е а а о а у у. СПИРАЛЬ СПИРАЛЬ СПИРАЛЬ СПИРАЛЬ СПИРАЛЬ кончил. Кажется, мой череп только что лопнул, всё вытекает, мои конечности ф ф выметаются и стратифицируются во что-то нечеловеческое. Шаги. Три, остановка, пять.