Дмитрий Юрьевич: Я вас категорически приветствую! Клим Саныч, добрый день.

Клим Саныч: Деметрий, приветствую. Всем привет.

Дмитрий Юрьевич: Сегодня хотелось бы поговорить про гражданина Харрисона Форда. Актёр, можно сказать, монументальный. Куда ни плюнь — везде он: то с лазерным пистолетом в космосе бегает, то в шляпе и с кнутом по гробницам прыгает, то президента США играет, который лично террористов в самолёте душит. При этом, если посмотреть строго, то лицом он везде одинаковый. Вот скажи мне, Клим Саныч, как историк и ценитель прекрасного: он вообще играть-то умеет? Или его чисто по блату у Джорджа Лукаса вписывали?

Клим Саныч: Ну, тут, Дмитрий Юрьевич, вопрос сложный и многослойный, как хороший средневековый доспех. С одной стороны, если мы позовём выпускника МХАТа, он посмотрит на Форда и скажет: «Позвольте, а где же здесь переживания по Станиславскому? Где глубинное погружение в текстуру образа? Гражданин во всех фильмах одинаково кривит рот и одинаково хмурит бровь!» И в чём-то будет прав. Харрисон Форд — актёр не перевоплощения. Он не Хоакин Феникс и не Кристиан Бейл, который ради роли то худеет на тридцать килограммов, то зубы себе выбивает.

Но с другой стороны, у Форда есть то, чему в театральном училище научить невозможно. Это называется — бешеная, железобетонная харизма и стопроцентное попадание в архетип.

Дмитрий Юрьевич: Архетип — это, который «свой парень»?

Клим Саныч: Именно! Смотри, кто такой Хан Соло в «Звёздных войнах»? Это же космический дальнобойщик. Он не рыцарь без страха и упрёка, он циник, контрабандист, у него долги перед местной мафией в лице Джаббы Хатта. И тут появляется Форд. Ему на момент съёмок уже за тридцать было, он жизнь повидал, плотником работал, руками умел что-то делать. И он приносит на экран эту настоящую, не придуманную мужицкую иронию. Когда Люк Скайуокер с горящими глазами рассуждает про Силу, Хан Соло смотрит на него как на дурачка и крутит пальцем у виска. Зритель видит Форда и сразу верит: да, этот парень реально может починить этот ржавый космолёт синей изолентой и крепким словом.

Дмитрий Юрьевич: Ну, то есть, гражданин играл самого себя. Пришёл на площадку, выдал порцию здорового пофигизма — и готово.

Клим Саныч: В каком-то смысле да, но это тоже мастерство! Удержать баланс между обаятельным мерзавцем и героем — это надо уметь. А Индиана Джонс? Это же гениальный ход Лукаса и Спилберга. Профессор археологии, который вместо того, чтобы в библиотеке пыль глотать, едет в Египет и бьёт нацистам морды. И опять же, Форд там не супермен. Его бьют — ему больно. Он падает, кряхтит, держится за поясницу. У него этот знаменитый взгляд: «Господи, за что мне всё это, я же просто лекцию хотел прочитать». Вот эта уязвимость в сочетании с мужественностью и сделала его суперзвездой.

Дмитрий Юрьевич: Ну, то есть, брали его потому, что он ассоциировался у массового зрителя с нормальным, адекватным мужиком. Не стероидный качок, как Арнольд наш Шварценеггер, и не летающий киборг, а понятный гражданин, который в случае чего может и в челюсть дать, и пошутить смешно.

Клим Саныч: Совершенно точно. Плюс, обрати внимание на его работы в фильмах типа «Беглец» или «Блейдраннер». В «Беглеце» он вообще играет обычного доктора Ричарда Кимбла, которого подставили. Там же нет никаких спецэффектов, там всё держится на его лице. И ты видишь человека в глубочайшем стрессе, который отчаянно пытается выжить и доказать правду. Форд умеет играть молчанием. Ему не нужно произносить пятиминутные монологи, чтобы зритель понял, что у героя внутри кошки скребут. Он просто смотрит в кадр своими усталыми глазами — и всё, зал твой.

Дмитрий Юрьевич: То есть, подвоя итог: мужик нашёл свою нишу, идеально в неё вписался и ковал железо, пока горячо. Без лишних кривляний, чётко, профессионально. Как хороший слесарь на заводе — пришёл, отработал смену, выдал отличный результат, пошёл домой.

Клим Саныч: Именно так, Дмитрий Юрьевич. Голливуд — это конвейер, и Форд был на этом конвейере идеальной деталью высшего качества. За это его режиссёры и любили: надёжный, как автомат Калашникова, и зритель на него идёт гарантированно.

Дмитрий Юрьевич: Что ж. Актёру Форду — моё почтение. Фильмы отличные, пересматривать можно неоднократно. Клим Саныч, спасибо.

Клим Саныч: Стараемся, Дмитрий Юрьевич.

Дмитрий Юрьевич: А на сегодня всё. До новых встреч.