Teenage Sex and Death at Camp Miasma — главный фильм года, а может быть и всего нашего смутного времени. Три попадания из трех снятых картин подряд — так талант Шёнбрун уверенно вывел себя в авангард нового психоделического пост-хоррора. Но о чем этот фильм? Пересказать его нет никакой возможности, и даже не только потому что с точки зрения текущего российского законодательства «Миазма» состоит исключительно из экстремизма (у россиянина эпохи 2020х от таких тем вообще видимо должна сразу фляга взрываться).

Просто перед нами такое странное зрелище (визуально местами похожее на Гая Мэддина) — уже даже давно не woke, а хохочущий мета-woke, пожирающий сам себя, наслаждающийся своей искусственностью и противоестественностью, высмеивающий собственные словесные заклинания про репрезентацию, полиаморию и трансфобию, завороженно-нежно себя ласкающий в темных звериных лучах совершенно буквального сатанизма.

Это как бы такой анти-Линч, где вместо духовной реки абсолютной любви в одиночестве и темноте, на дне ледяного озера (помните, кто там обитает у Данте?) в незакрывающейся голодной дыре нас встречает и ждет лишь ужас нашего персонального Jouissance, и его реальность, реальность восторга реализации идентичности-в-экстазе важнее, чем все остальное. Мы здесь сила, как бы говорит нам дошедшее в своем безумии до просветления Шёнбрун, и наши прононсы they/them, потому что имя нам легион.

С год назад я читал невероятно глупую рецензию на I Saw The TV Glow, предыдущий шедевр Шёнбрун, и там критик все полоскал имя Марка Фишера, мол, ну что такое, каждый может прочесть про призраков в телевизоре и начать хонтологизировать свою боль: так вот, нет, далеко не каждый, и Шёнбрун гораздо более гениально, талантливо и опасно, чем можно было предположить ранее. Траектория движения этой дикой планеты-меланхолии перестала быть предсказуемой, и планирующийся сериал Black Hole поэтому стоит особенно ожидать: со столь мощным сурс материалом как комикс Бернса такой режиссер может вылепить что угодно в абсолютно свободной форме.

«Искусственный» — ящик Пандоры раскрыт, ад пуст

«And I’m so excited to see it»

Кажется, Гуаданьино снял свой самый собранный и драматургически убедительный фильм. Здесь осталось всё, за что мы любим Луку: телесность, чувственность, сложные человеческие отношения и почти болезненный интерес к природе желания и власти. Но теперь его узнаваемый почерк подчинён невероятно сильной истории на фоне «пластикового» мира Кремниевой долины.

Повествование охватывает почти два десятилетия и начинается как мозаика из событий, разговоров и отношений, из которых постепенно вырастает OpenAI. Фрагменты складываются воедино, конструкция вновь рассыпается, и всё движется к коллапсу. Фильм не теряет ни ритма, ни эмоциональной глубины, незаметно превращаясь из тонкой сатиры в настоящий хоррор. И это совершенно не байопик по статье из Википедии: за историей создания ChatGPT Гуаданьино видит прежде всего людей, их амбиции, слабости и попытки оправдать собственные решения. Даже технические детали здесь не превращаются в лекцию: всё работает на человеческую драму.

В основе лежит противостояние двух мужчин, двух энергий и двух представлений о благе человечества. Лука буквально препарирует мужскую природу: соперничество, жажду власти, потребность в признании и болезненную зависимость друг от друга. Это куда сложнее столкновения героя со злодеем.

Эндрю Гарфилд — сущий антихрист. Я давно не видела такой актёрской работы второго плана. Его Сэм Альтман — вязкая магнетическая субстанция, обволакивающая всех вокруг. Даже вне кадра ощущается его присутствие. И самое жуткое, что в нем никакого карикатурного демонизма. Гарфилд настолько растворяется в интонациях, жестах и реакциях Альтмана, что временами забываешь об актёре. В нескольких сценах у меня буквально бежали мурашки.

Но «Искусственный» — прежде всего история Ильи Суцкевера в исполнении Юры Борисова. Через него мы проходим путь от веры в возможности технологии до столкновения с последствиями собственных открытий. Это невероятно крепкая, тонкая роль, сыгранная на совершенно другой частоте, чем у Гарфилда. Его Илья пытается отстоять принципы и представление о справедливости в мире, к созданию которого сам приложил руку. И оттого особенно больно смотреть, как эти принципы разбиваются о реальность.

Великолепен весь ансамбль: безумный, гротескный, но не карикатурный Илон Маск Айка Баринхолца; Марк Райлэнс в роли Джеффри Хинтона, научного наставника Суцкевера, привносящий почти отеческую интонацию; Моника Барбаро — Мира Мурати, чей удивительно чуткий и сдержанный образ не теряется в практически полностью мужском мире амбиций и эго.

В фильме несколько потрясающих кульминаций, но финальная сцена — оглушительная. Крупные планы, десятки микроэмоций на лицах, диалоги, выверенные до слова. Думаю, её ещё будут вспоминать наравне с ключевыми эпизодами «Социальной сети».

Отдельный «герой» фильма это саундтрек Деймона Албарна (Blur, Gorillaz). Его творческий союз с Гуаданьино — идеальное попадание. Саундтрек, задуманный почти как самостоятельный концептуальный альбом в духе Plastic Beach, буквально вшивает тревогу и ощущение надвигающейся катастрофы в ткань фильма. И при этом Лука ни разу не переходит грань между чувственностью и чрезмерностью. Даже искусственность здесь осмысленна — вплоть до ювелирной работы художников по гриму.

Возможно, самое страшное в «Искусственном» — то, насколько живой получилась история об искусственности и насколько мало в ней приходится преувеличивать. Кстати, поэтому российское название в локализации «Искусственный интеллект», как мне кажется, несколько теряет отражение сути фильма.

«Искусственный» — это стопроцентный Лука, и совершенно новый уровень его режиссуры. Яркие мазки благодаря точному монтажу складываются в единое полотно, которое ведёт нас к осознанию масштаба и скорости происходящего в мире технологий и почти животному страху перед будущим.

Фильм, который про актуальность сейчас, завтра, всегда. «Социальная сеть», твой преемник найден, и он еще более удушающий.

Я по-хорошему завидую всем, кто посмотрит впервые, и сама уже хочу повторить.

"Человек-паук: новый день" или сталкер-куколд кошмарит Нью Йорк.

У меня только один вопрос: что это за срань говна?

Это некое анти-кино: монтаж, стиль съёмки, сюжет (!), персонажи - всё это неправильно. Не интуитивное, кринжовое нечто.

Мне даже интересно, что именно ЦРУ курировали при создании фильма, хотя судя по съёмке, они тестировали новую программу по влиянию на разум. Других объяснений нет.

Постоянные склейки в районе 5-ти секунд, прекращающиеся только в моментах, когда главный герой плакает и страдает. Эти склейки постоянное сбивают фокус, будто одёргивают. Разве что сабвей серфера не хватало в углу.

Отдельно, конечно, идут персонажи и сюжет.
В своем время , одна из лучших частей паука в комиксах была про супириора, где Октавиус захватил тело Паркера и смог навести порядок.
Здесь же додик-чмо, имея сверхтехнологии, умудряется без работы находить материалы, а потом сидеть пердеть, использую ИИ , как джпс трекер.
Персонажи? Каратель - идиот анацефал, Зендайя - псиоп.
А Джин Грей - это, конечно, кек. Малолетняя террористка, по ходу сюжета убившая с сотню мирняка, рассказывающая, что контора по контролю это плоха. Буквально доказывает, что ее надо было утилизировать ещё раньше. Зато "левая мораль" - понять и простить. Чота для кина, где постоянно говорится о "жертвах", выгораживать террористку без последствий - очень интересный заход.

В итоге, вместо арки "неогенного кошмара" или как там его, мы получили ссыкливое подобие про "дружбу" и прощение массового убийцы.
Видимо, студия наконец-то узнала универсальный алгоритм создания дегенеративной срани, что все и рады были это смотреть. А снять по-настоящему интересную арку, где Каратель был бы кстати они ссуться. Ведь как так!? Человек-паук и не чмо - противоречит современным трендам.

Вывод: ужасное кино, созданное оловянным цифровым болваном. Единственный плюс, что я вспомнил почему же любил в детстве смотреть приключения "Человека-паука". При всех проблемах мультсериала 90-ых, он представлял именно путь героя, где были и жертвы и страдания, но при этом создавали образ Героя. А сейчас у нас поколение, видимо, которое хочет два с половиной часа смотреть за тупорылой буфонадой и приключением куколда-чма. В целом, не противоречит современными веяниям культуры