1.1. Давайте предположим, что сейчас реальная равновесная цена 92-го в стране - 100 или 120 рублей. Такой она была бы, если бы заправки крупных нефтяных компаний не пытались морозить цены. Что это означает? Что бензин могут покупать только сравнительно богатые и те, кому бензин очень нужен. Первая и вторая категории тесно пересекаются. В любом обществе, и в нашем тем более, среди богатых найдётся множество "социальных паразитов" - тех, кто наворовал, кто получил богатое наследство и ничего не делает, и так далее. Но в среднем люди с более высокой продуктивностью имеют более высокие доходы.

Представьте начальника важного отдела в крупной компании, который работает допоздна. Он много зарабатывает, и готов много заплатить за возможность быстро заправиться. Его отсутствие на работе может парализовать работу всего отдела и даже всей компании. И представьте деда-пенсионера, который на своей девятке едет на рыбалку. Рост цен на бензин заставит его поменять планы и провести день дома. Можно посочувствовать деду - он ни в чём не виноват, но никто кроме него самого от этого не пострадает.

1.2. Высокие цены создают мощный стимул увеличивать предложение бензина. Владельцы НПЗ будут всеми силами ремонтировать свои заводы, даже если будут знать, что вскоре после ремонта в них снова прилетит: один месяц работы уже даст такую прибыль, которая компенсирует все расходы на ремонт. Те же владельцы будут вкладываться в создание ПВО для своих заводов. Владельцы мелких НПЗ - "чайников" - будут всеми силами наращивать выпуск и пытаться создать новые мощности. Нефтеторговцы облазят весь мир в поисках партий бензина, которые можно привезти в обход санкций.

Побочным эффектом будет появление огромных сверхприбылей не у тех, кто умеет лучше организовывать производство, а у тех, кому просто повезло. НПЗ был сравнительно слабо повреждён, например. Или вообще находится вне зоны досягаемости дронов. (К сожалению, к востоку от Омска располагается всего четыре крупных нефтеперерабатывающих завода, общая мощность которых составляет около 10% от общероссийской). Гипотетически эти сверхприбыли, никак не связанные с действиями владельцев, можно частично изъять за счёт windfall tax - налога на внезапную прибыль.

Высокие цены на бензин - это очень, очень неприятно, особенно если бензин должны покупать вы лично. Но ничего катастрофичного в них нет. В большинстве стран мира 95-й бензин стоит больше 100 рублей (в некоторых под 200 и даже выше).

2.1. Рассмотрим очереди, вызванные попытками сохранять цены на прежнем уровне на заправках крупных нефтяных компаний. Высокая цена отсекает тех, кому бензин не особо нужен, и тех, у кого мало денег; очередь же является могучим средством перераспределения благ в пользу тех, кто мало ценит своё время. Это не значит, что в очереди стоят только бездельники - напротив, те, кому позарез нужен бензин, будут стоять в ней волей-неволей. Но давайте вспомним наш пример с дедом. Для него постоять в очереди - интересный способ провести время: можно пообщаться, обсудить новости, узнать, кто же виноват - Ротшильды или Рокфеллеры (а может, таинственные Барухи?) Время у деда бесплатное. А вот руководитель отдела скорее будет искать барыг, которые получают бензин благодаря обману или взяткам работникам нефтебаз. Он купит бензин уже по 200 за литр. Очередь, пожирающая самый ценный ресурс в мире - человеческое время, является мощнейшим инструментом перераспределения от более продуктивных членов общества к менее продуктивным.

2.2. Дополнительный эффект очереди - в ней самой сжигается бешеное количество топлива.

2.3. И, конечно, если пытаться сохранять цены на прежнем уровне, у владельцев нефтепереработки не появляется никаких стимулов в авральном порядке восстанавливать или расширять производство.

3.1. А что если бензин рационировать, то есть распределять по карточкам (QR-кодам в замечательном мессенджера Макс?) Ведь это ликвидирует очереди.

В войну по карточкам распределяли хлеб. Хлеб был нужен абсолютно всем. В брежневскую эпоху перед Новым годом всем раздавали продуктовый набор с чудным дефицитным фруктом - мандаринами. Мандарины на стол хотели все. В позднесоветские годы по карточкам начали распределять мясо. Мясо хотелось всем.

Но никому в советское время не приходило в голову распределять по карточкам рояли. Типа, раз в десять лет каждый имеет право купить рояль. Абсолютному большинству, 99% населения, рояль не нужен, и ставить его некуда.

Кто-то использует автомобиль, чтобы на выходные ездить на дачу. Кто-то не вылезает из авто весь день - ездит по деловым встречам, выезжает выполнять работы (сантехник или электрик). Кто-то ежедневно ездит из пригорода в центр на работу. У кого-то работа связана с междугородними поездками. Что будет, если раздавать бензин всем в одинаковом количестве? Чёрный рынок. Причём сложно устроенный: перекупам надо будет договариваться с массой мелких автовладельцев, чтобы они заправлялись, а потом сливали бензин.

3.2. Как и в случае с очередями, попытки заморозить цены при помощи карточек не создают мощных стимулов к увеличению предложения бензина.

4.1. Но если отпустить бензиновые цены - начнётся инфляция, ведь так? Это магическое мышление. Инфляция - это, в конечном счёте, снижение полезности денег. Если нельзя купить бензин в обмен на деньги, их ценность снижается гораздо сильнее, чем если бензин просто дорожает.

Кроме того, если раньше люди покупали X тонн бензина в день, а теперь покупают, к примеру, 0,6X по прежней цене (те, кто смог отстоять очередь), у них остаётся больше денег. Эти деньги они потратят на другие товары и услуги. Рост цен переносится из одной области во все другие области, попутно создаётся чудовищную неэффективность.

4.2. Самый яркий пример магии в головах - это то, что Сергей Вакуленко формулирует как "если бензин подорожает на 10%, молоко подорожает вдвое". Люди говорят: "топливо требуется на всех этапах производства" - и искренне думают, что сказали что-то очень умное. Волшебным образом издержки не суммируются, а перемножаются.

В прошлом году российский бизнес потребил примерно 10 млн тонн бензина, стоимость которого составила примерно 0,4% ВВП. (Дизеля потребили намного больше, но цены на него растут не так сильно). В каких-то ценах доля бензина выше, и они могут заметно измениться. Большинство товаров и услуг от бензина практически не зависят.

Что действительно может повлиять на цены - так это обрывы в логистике, связанные с невозможностью вовремя заправиться из-за многочасовых очередей.

4.3. Есть просвещённый аргумент в пользу ограничения цен на бензин: инфляционные ожидания (https://www.cbr.ru/analytics/dkp/inflationary_expectations/). Людям проще всего отслеживать изменения общего уровня цен по изменениям цены на бензин. Нам сложно вспомнить, по какой цене мы покупали молоко или гречку на прошлой неделе. Квартиры, автомобили, бытовую технику покупают раз в несколько лет или несколько десятилетий. Но бензин люди покупают каждый день - и по ценам на бензин формирует свои инфляционные ожидания. А эти ожидания являются классическим примером самосбывающегося пророчества: все ждут роста цен - цены вырастут.

Выглядит убедительно. Но не работает. Отдельных работ по России я не знаю, а в США исследователи применили все возможные методики. Редкий случай консенсуса (ну почти консенсуса) среди экономистов: бензин не вносит аномального вклада в инфляционные ожидания. Вот свежие статьи: раз (https://www.karlwhelan.com/Papers/Gasoline.pdf), два (https://www.researchgate.net/publication/379466746_Gasoline_price_changes_and_consumer_inflation_expectations_Experimental_evidence), три (https://economics.unibocconi.eu/sites/default/files/files/media/attachments/kz5%2520062520%2520r220210921174512.pdf), четыре (https://www.dallasfed.org/-/media/documents/research/papers/2020/wp2025.pdf). Русские автомобилисты не глупее американских.

В Штатах на ярмарках есть такая забава: оценивать по внешнему виду вес быка-чемпиона. Тот, чья оценка будет ближе всего к истине, выигрывает. Часто среднее значение, полученное из всех оценок, оказывается точнее любой отдельной оценки. Люди ошибаются, но агрегирование ошибок создаёт чудо распределённой информации, лежащее в основе механизма рыночных цен.

...

Такие дела.