Я реже других летаю на симуляторе, поэтому у остальных получается гораздо лучше, нежели у меня. Но сегодня с утра, после того как поел в небольшой компании и занёс в коридор наколотые ранее сослуживцем дрова, в это замечательное, тихое утро я сел за ноутбук, на котором, как и всегда, был открыт симулятор, и стал летать. Карта, выбранная тем, кто летал до меня, представляет из себя портовый склад, окружённый океаном, заставленный контейнерами и техническими, инженерными желтыми кранами. Что удивительно, я вполне неплохо летал, несмотря на отсутствие частой практики.

Ещё интересный момент: если на предыдущей карте, где я чаще всего летал, было ранчо, где ты появлялся просто в поле, и, увидев сраный сарай, пытался в него залететь и вылететь, то на этой карте ты изначально появляешься в ангаре, из которого тебе ещё следует вылететь, чтобы дальше бороздить просторами порта. Я будто бы осознал, как более аккуратно управлять дроном микродвижениями. Правда как кто-то сядет возле меня или в непосредственной близости, или даже просто станет крутиться недалеко, становится в разы сложнее летать, да и просто выдерживать ввиду социофобии.

Мне в голову пришла удивительная мысль: а что если так случится, что у меня обнаружат неоперабельный рак мозга, и мне бы осталось жить недолго — до следующего нового года? Нейронки сказали, что меня бы тогда точно списали. Только вот затем оказалось, что человек с таким диагнозом стремительно стал бы терять рассудок. То есть это не списание, вследствие которого ты далее наслаждаешься жизнью, пока в один момент просто не "отключишься". В действительности ты бы стал постепенно угасать, теряя дееспособность.

Также я поинтересовался, что будет с военнослужащим, если тот совершил неудачную попытку самоубийства. Собственно, нейронки сказали, что в таком случае военнослужащего отправили бы в военный госпиталь или в психбольницу. Его бы не судили, так как сначала бы следовало доказать, что военнослужащий таким образом пытался уклониться от службы, а это, мол, тяжело. Но списание было бы однозначно. Более того, с учётом моей ситуации, — что я социофбом, и что это со мной еще до армии — у психиатров бы не осталось иных вариантов, кроме как постановить, что данный случай есть декомпенсация, вызванная резким ухудшением психического состояния в условиях повышенного стресса, усиливших психосоматические симптомы, которые формировались ещё задолго до мобилизации.

Нейронка также сказала, что в таком случае тебя бы точно не могли больше направить в боевое подразделение. Но и в тыл тоже, ибо никому не нужен проблемный боец, за которого ты берешь ответственность, если тот поступает под твое руководство.

Меня заразила несколько данная мысль... То есть вместо того чтобы и дальше стрессовать, находиться в условиях, являющихся идеальной средой для усиления моих симптомов, я бы мог вполне легально, во-первых, оказаться в другом, более благоприятном для моей нервной системы месте, во-вторых, получить столь необходимое все эти годы мне лечение, и, что, быть может, самое главное, наконец в конечном итоге оказаться дома.

Конечном, стигма и непонимание у почти всех, кого бы встречал и кто бы знал о случившемся; было бы стыдно и странно. Но
..

Правда что плохо и печально, видимо мое состояние не настолько уж и плохое, раз я всё ещё как-то держусь. Я чувствую, что не смог бы сделать это. Более того, чтобы совершить такое, нужна не холодная голова, а горячее сердце (хотя, скорее, нестабильное состояние — достаточное, чтобы преодолеть любые факторы, мешающие сделать это). Так что рассчитывать на столь благожелательный вариант не стоит. Да и последствия для организма бы остались, так ещё и на всю оставшуюся жизнь.

У телефона пиксель 9 есть несколько функций, использовав однажды которые ты начнёшь понимать, насколько же тебе их не хватало всё это время; и, осознавая, что на других телефонах, в том числе и на айфон 15, таких фишек нет, желание заменить свой пиксель другим телефоном исчезает.

К примеру, функция, о которой я уже писал. Можно вызвать Gemini, зажав панель навигации, когда открыто какое-либо приложение, и тебя не перебрасывает в приложение с нейронкой — та открывается поверх рабочего приложения, заполняя весь экран эффектом прозрачного пузыря и вызывая внизу экрана функциональные кнопки. Далее — ты можешь взаимодействовать с окном, которое захватила нейронка: выделить текст, даже если тот на фотографии или на сайте в виде комментария или никнейма, которые не всегда удается скопировать с телефона, и перевести его или скопировать. Я так мемы зарубежные перевожу. Раньше бы просто пролистал. (Ещё можно в приложении нейронки открыть камеру, и нейронка сможет взаимодействовать с объектами окружающего мира, на которые ты наведешь камеру).
Вторая фишка... Хотя нет, это не к пикселю и не к жемени относится. В ЧатЖпт можно добавить ссылку на видео с Ютуба или даже название и попросить дать краткую сводку, о чём видео, получить ответ на вопрос касаемо чего-угодно, что интересует тебя в видео и тд. То есть можно даже не смотря само видео узнать то, что тебя в нем интересует, либо не тратя зря время, в поисках нужной тебе информации или, быть может, твой интерес был взволнован чем-то мимолётным, либо не подвергая свою слабую нервную систему негативному воздействию на нее чувствительного контента, как то политика и тд. Так, иногда бывает натыкаюсь на видео с провокационными названиями и обложками, суть которых несколько задевает меня, и мозг сразу же подпитывается в своих страданиях рисуемыми догадками и предложениями о том, сколь всё-таки ужасна ситуация в том видео. Так бы мне пришлось открыть видео и посмотреть его. Возможно, это бы испортило мне настроение и мне было бы тяжелее уснуть позже. Но любопытство сильно и требует, чтобы я сделал это. Вот тут и приходит на помощь ЧатЖпт с такой возможностью.

Скажем, иногда в мое информационное пространство в Ютуб пробиваются все эти кринжовые анимешники, учуявшие большие просмотры и лёгкую прибыль в контенте, состоящем из желчной и постиронической критики, — скорее, насмешек — левых либералов и феминисток, в целом женщин, на аудиторию сетевых альтернативно правых. Данный типаж бесит меня больше остальных. Такое смотреть я просто не могу. Но любопытство пересиливает меня: я хочу знать, сколь всё ужасно на самом деле. Тут и приходит на выручку ЧатЖпт.

Кажется, все эти внутренние и внешние политические — да и какие-либо ещё — конфликты имеют одну и ту же структуру...
Если посмотреть на внутренние противоречия, сложившиеся в настоящий момент в Украине, как то взаимная неприязнь носителей официальной позиции и так называемых первыми предателейобов-критиков, то... думаю и так всё понятно.

Тцк, Россия, ипсо, потужність, любовь к президенту, ненависть к нему... на часі, не на часі... мысля, что всё это проект, суть которого — уничтожение украинцев, в частности, или белой расы, в целом, чтобы заменить их на их же территориях мигрантами или евреями.. испытание нового окружение и тд.. и с другой стороны — просто вменяемые люди.

В общем, радикально нишевая позиция, как бы ориентирующаяся на испытывающих недовольство простых людей, составляющих большинство, оказавшихся выброшенными за борт и остро ощущающих себя ввиду этого преданными, считающих себя "тихим большинством" — с одной стороны, и официальные нарративы и тд — с другой. Это базовая вещь, и главная ее задача — эксплуатация базовой системы выживания человека с целью достижения поставленных политических или морально-культурологических результатов.

Проще говоря, это манипуляция — притом в любом случае: кем бы ни была инициирована, как бы ни была подана, сколь очевидно правильной и даже здравым смыслом тебе бы ни казалась (безотносительно того, кто прав. Дело в самом факте манипуляции, и ни в чём больше).

Это занятно, ибо люди и правда глупы, и даже не понимают, почему. А ведь всё в действительности просто. К примеру, тебе кажется, что ты достаточно умён, когда смотришь на человека, очевидно глупее тебя, замечая, что совершаемые им ошибки или испытываемая им сложность в выполнении не сильно трудных задач — не о тебе; но ты не понимаешь, что таков расклад — минимальная норма; ты не способен быть обученным столь сложным вещам, что их выполняет меньше 1 процента населения. В нашем случае, ты постепенно погружаешься с головой в мир, создаваемый талантливым пропагандистом; твоё внутреннее недовольство чем бы то ни было, личная травма, ещё что, которое ты бессознательно проецируешь на образы, рисуемые автором, создаёт иллюзию, что если тот, автор, не прав, то настанет конец мира. Ты со временем перестаешь воспринимать адекватно и объективно альтернативные точки зрения, становишься агрессивным и глупым — предсказуемым. Внутренний нарратив, составляющий теперь самую суть твое бытия в непосредственно настоящий момент, был окончательно структурирован преднарративом, заложенным в качестве фундамента человеком, который стал для тебя авторитетом — и через этот пред-нарратив, скорее, нарратив, ты и будешь смотреть и оценивать, опираясь на базовые положения в нем, что бы то ни было.

В общем, таких людей, сколь бы те не верили, слишком легко радикализировать ещё больше и заставить действовать. В каждое мгновение, наполняемое активной целенаправленной силой, направленной на выхолащивание внутренней обиды, человек будет чувствовать тотальное ощущение своей правоты в том, что он делает: убивая мигрантов, представителей тцк или делая ещё что.

В день отправки, с самого утра, меня разбудил сослуживец, который водил в моем городе в военной части по кабинетам. Ему позвонил тип, находящийся на позиции, куда я должен был попасть, м попросил передать мне трубку. Он хотел, чтобы я купил ему блок сигарет, марки, которую он предпочитает (даже фото приставил), если я всё же еду на позицию. Я был сонный, сломленный внезапным и резким пробуждением. Мой мозг отказывался до конца принять, что я и правда поеду на позицию. Чуть позже я заметил, что ротный добавил меня в группу в вотсап. Я сначала подумал, мол, они создали новую группу, куда сейчас будут добавлять всех нас, но затем понял, что, видимо, это группа, в которой состоят те, кто находится на позиции. Затем мне написал ротный, подтвердив вторую догадку. Написал, что я еду сегодня на позицию, название позиции и ориентировочно, когда выезжаю, после того, как я уточнил этот последний момент. Я пошел в баню, ибо давно к тому моменту не мылся: не хотел вонючий ехать туда, где не смогу покупаться (так сказать, отодвинул критическую немытость на чуть позже).

В бане оказались двое мужчин. Они уже собирались уходить, и лишь ждали, когда машинки закончат стирать их одежду, чтобы забрать её. Ручка двери — та, что внутри — отваливалась, но, благо, кое-как закрепить ее удалось.

Они ушли, как я закончил принимать душ. Закинув вещи в стирку и запустив программу, и после выкуренных сигарет на улице, я сидел напротив стиральной машинки, погруженный в размышления о том, как же, мол, мне проще было бы жить без социофобии. Затем, как машинка достирала и я забрал свои вещи, я направился в магазин. Идя улицами, где некогда неуверенный я шагал в непонятном направлении, решаясь вызвать такси и ища попутно мобильную связь, я думал о том, что если бы мне тогда удалось убежать, я бы сегодня никуда не ехал.

Кратко. Приехали за мной, погрузили в машину..
Мощный автомобиль, к которому приварены стальные трубы, образующие внешний защитный каркас.

Мы заехали к старшине, чтобы забрать мой автомат и четыре магазина, набитые патронами.

Затем мы поехали в другую деревню, находящуюся ближе к лбз, по дороге остановившись возле магазина, чтобы выпить кофе. Меня спросили, нужно ли мне зайти в магазин, и удивились моему отрицательному ответу, мол, сигареты там и тд.

Когда ехали к старшине, на новых, сильных впечатлениях я не испытывал тревоги, но потом, как привык к тому, что со мной происходит, я был вынужден закрывать лицо и глаза капюшоном, так как стала нарастать тревога.

Вот мы заехали на продолговатую дорогу, часть которой имела сеть от Дронов. Парни надели бронижелеты и погасили фары, как мы продолжили движение — и тут я понял, что мы теперь в той самой зоне... Водитель надел шлем, на котором закреплён прибор ночного видения, который он использовал, чтобы иметь возможность ехать с выключенными фарами.
Второй достал чуйку, которая показал одного дрона..
По дороге встречались гражданские. Это странно...

Мы заехали куда-то.. и стали разгружать машину. Вещи мы оставили там и пошли к ребятам со второй роты. Я не сразу понял, что вообще происходит. По-началу вообще говорили, что должны подойти люди, чтобы загрузить машину (другую).

Мы зашли в подвал. Маленький такой, глубокий. Там я встретил деда, с которым проходил бзвп. Там был с ним чел, будто бы сразу же заметивший, что я "дрожу". Он постоянно кидал на меня удивленный взгляд, и замечая, что я вижу, как он смотрит на меня, сразу же отводил его. Ему явно было неловко в моей компании. Деда взяли показать местность и как ездить с тепловизором. Вследствии этого и того, что они не сообщили по рации о том, что покинули свою хату, им выписали по телефону пизды. Второй так нервничал из-за этого. Подошли ещё двое типов: дед, выглядящий молодо, болтливый, и странный громкий тип, по которому сразу видно, что он тяжёлый человек. Они выпили немного вместо того, чтобы...

Ладно, потом как-нибудь допишу. Мне лень. Не могу себя пересилить. Но и не отправить этот пост не могу, ибо столько текста настрочил...

В общем. Под утро мы собрались резко и пошли к машине (бронированная, большая такая. Название писать не буду). Загрузились и поехали. Заехали к другой роте забрать нескольких карандашиков, уселись все — и вновь в путь. Внутри ничего непонятно, что происходит снаружи. По ощущениям ехали мы долго, но... Мы резко останавливаемся. Машинист говорит, мол, на выход. Я вышел из машины: с одной стороны лес, с другой — горы, где виднеются, как я заметил позже, взрывы. Я ничего не понимаю, и моей первой мыслью было, дескать, и вот мы на позиции? Смотрю, мой сослуживец с другим типом — оба на одну позицию заезжают (или по разным подпозициям... В общем, неважно) — куда-то направились. Думаю, более опытный решил провести к позиции новичка. Я стою и понимаю, что нахожусь в полной растерянности. Залез в машину, чтобы спросить у водителя, что вообще случилось. Тот вылезает, я спрашиваю, мол, мы на месте? Он криком: "да куда?! Мы отъехали совсем немного, всё ещё в той деревне". Он пошел смотреть машину — и я за ним. Ахуеть, гусеницу оторвало. Тут я понял, что это пиздец. Он говорит, мол, возвращайтесь назад. Ну как говорит.. другой спрашивал, что делать, а тот криком говорит, чтобы мы разворачивались и шли обратно. Ну мы и пошли ..

Страшно было идти в том месте. Я обратил внимание, повернув голову влево, на внезапно появившейся ярко жёлтый огонек в небе. Думаю, не похоже на мавик или фпв; нужно ли сказать остальным?

Обогнал того, что шел передо мной, оставив его позади. Потом такой через пару метров оборачиваюсь, смотрю, а его нет... Думаю, может в сзч пошел, лол. .

В общем, зашли в хату. Сидели там немного, ждали, когда нас заберут и отвезут на то место, где мы всё это время пребываем. Я заметил, что мой сослуживец более собранный и сообразительный, нежели я: он сразу догадался позвонить своим с позиции, чтобы сообщить о происшествии и сказать, что, видимо, его сегодня можно не ждать. Я сделал так же вслед за ним; он забрал свой рюкзак, хотя и оставил мешок с другими вещами; я свой баул оставил в машине. Благо, вещи из машины привезли обратно, и я смог вернуть свой баул.

Не знаю почему, но я разговорился и с ним, и с тем, который отстал от нас, как мы шли на ту хату. Один рассказал об одном челе, о котором знает и мой сослуживец, так как проходил с ним бзвп. Тот говорит, что он был весь в себе, и, в общем, убил себя. Сослуживец мой объяснил, что в действительности тот тип был заводилой, везде первый, но в последнее время, на адаптации, стал таким: совсем безынициативный, сам себе на уме, приходилось его заставлять стрелять и тд, просто по сути пытался отжить день. Сослуживец пытался его разговаривать, узнать, что с ним. Немного ему это удалось, но потом тот опять впал в свое состояние. Сослуживец подошёл к инструктору, чтобы сказать об этом.
Инструктор общался с тем долго, отойдя в сторону, но, видимо, никакого положительного эффекта это не дало.

Сослуживец сказал, что еще тогда того нужно было к психологу направить. И тут я понял, что тот тип (по крайней мере в том состоянии) — совершенная копия меня. Мне бы к психологу... Почему-то на миг показалось, что оживив данную тему, решение моей проблемы стало как будто бы более реальным.

Когда социофобия вновь проявилась, как зашёл к нам парень с другой позиции и посидел тут какое-то время, я подумал о том, дескать, я же выгляжу странно, как литерали больной человек. Так что я тогда здесь делаю? Кажется, будто бы комплекс ожиданий от военного военным (как и гражданским) включает в себя также и такую феноменологическую установку: человек, которого ты встретил на боевой позиции, что одетый в военную форму, оживляющий в сознании опыт коммуникации с другими военными, образовавший шаблон, теперь накладываемый на тебя, должен быть здоров во многих отношениях, особенно в плане ментального здоровья; о физическом состоянии личностного состава украинских военных и говорить не стоит, ибо влк в Украине в настоящий момент волшебным образом делает из больных и бедных здоровых, а из здоровых и богатых — инвалидов. Но человек, у которого заметно неестественно мандражирует лицо, являющийся военным, как-то попавшим в это место, явно выбивается из данного шаблона.

Я понял, что не в состоянии выдержать две недели (скорее всего, больше) с людьми, с которыми мне некомфортно, в тесном блиндаже, постоянно находясь в ожидании команды о вылете...
Конечно, мой опыт смешно сравнивать с опытом военных, ушедших в сзч и отслуживших 2-3-4 года. Вот они, собственно, действительно заебались. Постоянные ротации, — и ты понимаешь, что тебе вновь придется попасть туда и делать всё это, риск для жизни, и тд и тд. Так ещё и ебут, а ротные и другие командиры обманывают, лишь обещая, но не делая того, что тебе нужно.
Временами и вовсе отсутствие ротации ввиду нехватки личностного состава.

Но люди разные — и я не такой, как они. Ввиду того, что моя нервная система слишком уязвима к раздражителям, что я социофоб, у которого проявляются сильные психосоматические симптомы, что не общаюсь ни с кем, тем самым не могу влиться в коллектив, чтобы было хоть несколько проще, я не могу это выдерживать даже сутку. Единственное, что радует — в конце месяца на карту капнет 100 тыс грн. Уже через несколько дней на карту упадет 25 тыс грн, а лежит сейчас на ней 37 тыс грн. Смогу купить всё то, о чём раньше и мечтать не стоило — ибо столь маловероятно, что это бы случилось.

Я прям ощущаю своего рода клаустрофобию от осознания, что я здесь, в этом тесном месте с триггерами (людьми), провоцирующими психосоматические проявления моей социофобии (отчего даже самые повседневные действия мне даются с особым трудом), — и я не могу никак покинуть это место: нас окружает, как океан, ограничивающий во все стороны, посадка и поле — куда не пойди, везде, собственно, смерть, если не яма.

Конечно, люди существа адаптивные, и как я окажусь на базе, особенно если получу все те вещи, о которых мечтаю, так сразу же погружусь в иллюзию, что в действительности всё просто: на позиции необходимо лишь перетерпеть вылет, затем — лежишь, "скрываясь" от своих, тем самым не подставляясь для триггеров — и так день за днём, пока вновь не окажешься в месте, где тревожно и ужасно, но не так, как тут (хотя мы ещё посмотрим).

Лучше уж жить с сестрой и ее парнем без денег и новых крутых гаджетов, постоянно на нервах, иногда без еды, а после того, что случилось бы — и без возможности даже просто выйти на улицу, чтобы прогуляться, вечно бояться, что к тебе вломятся, что тебя сдадут соседи, что по глупой случайности тебя поймают.

Или даже так. Сначала я терплю какое-то время, собирая капитал, чтобы иметь на будущее средство для существования, и приобрести здесь все те вещи, которые хочу (здесь, потому что тогда не будет "страха" делать это в кругу своих. Так им придется "принять", что у меня всё это есть. Конечно, как деньги закончатся, придется все те гаджеты продать. Но к тому времени они мне надоедят — раз, два — похуй).

Копачи.. не хочу быть копачем... С другой стороны, работа у них относительно проще, нежели то, чем буду заниматься я. Но, как показалось, у текелажника она ещё проще.

Хочу в сзч.

Я, так-то, не понимаю, почему судьба ко мне столь благосклонна, хотя и кажется, что в действительности всё наоборот. Я, такой, какой есть в настоящий момент, мог бы попасть не просто в условия куда хуже тех, в которых нахожусь в данный момент, но и с людьми, которые бы не стали терпеть.. в целом, меня.

Хотя, кто знает, что лучше — физическая, прямолинейная честность, или критического содержания комментарии за спиной, свидетелем которых, выпадает случай, я стаю. Я понял, что в действительности я (по крайней мере сейчас и до тех пор, пока не стану лучше в профессиональном плане) — бремя. Но ситуация, в которую я попал, и правда трудная. Человек, которого приставили ко мне, то есть заставили задержаться подольше на позиции, чтобы обучить меня своему делу, хотел — нет, мечтает как можно скорее уехать в отпуск. Кажется, не только с тем, что ему был всучен я, связанно оттягивание его отпуска — дело также в комбате.

Удивительно, что один из парней, который с какого-то момента стал явно хуже ко мне относиться, был слишком ангажированным в отношении меня, никак не критикует и не указывает мои на действия или бездействие в тех или иных случаях.

Возможно, это связано с некой надеждой, или пониманием, пришедшим с опытом, что если я стану проебу все мавики, то накажут, или и вовсе отправят в пехоту или в штурмовики именно меня; с другой стороны, существует куда более ужасный сценарий: я не проебу ретрики, но стану той причиной, по которой и без того низкая результативность данного экипажа упадет.

Сейчас нас четверо. Должно быть трое. Но ничего.

Удивительно: за сегодня мой экипаж ранил стольких людей, а мне всё равно на это. Связанно это главным образом с тем, что я, так сказать, отчужден от результата нашей коллективной работы, как и другие участники. Убить, или пытать, человека вживую, собственными руками, в темном подвале, сознавая, что в любой момент может всё это прекратить, чтобы не отобрать у того жизнь или здоровье; а вот когда ты летишь фпв-дроном, а твой мозг перманентно нагружает комбат, корректирующий твой маршрут, и главное для тебя — не проебаться, чтобы не быть выебанным комбатом, а мавикист, держащий дрон на достаточной высоте для стабильной работы оператора дрона-камикадзе, и вовсе сидит в этот момент в другом месте и не может видеть, что происходит там... Правда, мы иногда включаем запись нашей работы, где всё прекрасно видно.

Справедливости ради, это война, а они — солдаты, военнослужащие, обстоятельствами прижатые к стенке тотального неудобства в плане комфорта жизни, возможностью умереть от рук тех людей, которых они и убивают.

Но это странно, как подумал о том, что это и правда произошло. Знаете, есть эта хуйня, направленная на то, чтобы перевернуть ваше экзистенциальное мироощущение, — мол, каждые сорок секунд умирает один человек. Задумайтесь! А тут... Буквально смерть так близко была к моему "обыденному"...

Сослуживец, который приехал сюда, на позицию, на день позже меня, сегодня уезжает на базу ..
Я сильно удивился, как узнал, что ему не просто нашли замену, но и что его так быстро заменят.

Оказалось, причиной этому является то, что наш ротный пытается в нынешней ситуации спасти как можно больше своих людей: он пытается запихнуть кого куда — кого-то в учебку, кого-то на позицию и тд. Скажем, поэтому нас с сослуживцем и закинули так быстро на позиции, чтобы нас вдкуг что не цапнули в пехоту, где критически не хватает людей. И поэтому новенького, как я понял недавно откуда-то вернувшегося на базу, решил ротный как можно скорее запихнуть на позицию, чтобы того, если что, не забрали в пехоту, даже если не на совсем. По этой причине мой сослуживец здесь не на две недели, а то и месяц, но пробыл здесь лишь неделю, возможно и меньше.

Это ужасно... Ведь он так хотел попасть сюда — к своему другу. Так и пусть! А меня бы с той позиции вывезли поскорее, если бы изначально направлялся я туда. А так совсем непонятно, когда у меня ротация. Должно быть, когда найдется человек, чтобы меня заменить. Если этот человек — это старший, сейчас обучающий меня своему делу, мечтающий уже наконец уехать в отпуск, то дело плохо: придется ждать, когда его заберут с позиции, затем пока он отдохнёт в отпуске (примерно, месяц) и заедет обратно на позицию меня поменять. Если же найдут кого-то мне на замену, то, кажись, ротация произойдёт во много раз быстрее.

Я уже хочу на базу. Ответственность, ложащаяся на мои плечи, пока я нахожусь здесь, точнее — необходимость работать с дефицитной техникой, поломав которую мы становимся боеспособными, превращает каждый вылет в маленькое испытание на выносливость нервов. Казалось бы, каждый новый вылет должен был сделать меня увереннее в пилотировании дрона; но так получается, что, напротив, чем чаще вылетаем, тем более трудно подъемной становится ответственность, которую я несу за технику, предоставленную мне в работу.

Да и жить здесь, в тесном, вечно промокающем, подчас холодном блиндаже, без нормального сна и находясь в постоянном психологическом тонусе, что вот сейчас скажут вылетать, — хотя я и несколько привык, стоит признаться, — это сущий кошмар.

Мне к тому же деньги пришли (теперь у меня на карте 56 тыс грн), и мне бы хотелось их тратить. Правда единственное, что бы помешало этому — необходимость в назначенное время оказаться возле почтомата, находящегося, если брать ближайший, аж в другой деревне. Такси туда и обратно обойдется мне почти в 1000 грн — что дорого. Да и к тому же придется просить у ротного разрешения на это, а мне стыдно общаться с кем бы то ни было. Или можно было бы попросить кого-то из ребят (а такой — один), у кого здесь есть машина, чтобы либо он сам, либо он со мной забрал мои посылки, как бы те приехали на точку. Или написать в группу с просьбой забрать посылки, кто сможет. Но если так сделать, то я свои вещицы и вовсе не увижу так скоро, а то и вообще никогда.

Пока думаю, что взять — айфон 15, 15 про макс (120 частота обновления экрана), который стоит несильно дороже (32 тыс грн на олх против 18 900 на том же олх), возможно айфон Айр, или же зте астра таблет за 32 тыс, или, возможно, пиксель 9 фолд за 28 тыс на олх; ещё думал над зте 11 про +, но он слишком дорогой для меня в данный момент. Ну и заказать нужную мне мелочовку, необходимую, чтобы упростить мою жизнь: переноска крутая, с дополнительными юзб и тайп си входами, зарядный адаптер и тайп си провод — ещё одни, на всякий случай, павербанк на 50 тыс мп, и много чего ещё. Главное из всего этого — новые дорогие беспроводные наушники, звучание которых, как я полагаю, заставит меня улететь в нирвану.

До какой же степени повезло моему сослуживцу, выехавшему вслед за мной на позицию... Он, кажись, теперь на базе — греет ноги в тепле и отсыпается без каких-либо проблем. А ведь на его месте мог быть и я, окажись я на той позиции, на которую кинули его.

Он пробыл там слишком мало, причиной почему послужило желание ротного сохранить как можно больше людей, поступающих в его распоряжение; дело в том, что сейчас пехоты критически не хватает, поэтому комбат может выдернуть кого-то из другой роты и закинуть в пехоту — даже если на пару дней; и чтобы этого не произошло, ротный пытается раскидать свой личностной состав кого куда, чтобы каждый был задействован и, таким образом, неприкасаемым. Поэтому, чтобы страшный жребий не пал на одного из новеньких, он кинул на позицию вместо моего сослуживца, находившегося на позиции меньше недели, новенького.

Я без единого понятия, сколько времени пробуду здесь, ибо совершенно не понимаю, кто бы мог меня заменить. Если старший, который в настоящий момент учит меня держать ретрик, то ещё не скоро я отсюда уеду. Если кто-то из моего призыва или новеньких, то так лучше, но, так непонятно, кто где находится, ожидать, что именно будет так не следует.

Заебался. Слишком много ответственности, работы и не самые лучшие условия. К тому же я уже давно хочу заняться приобретением и доставкой всех тех вещей, которые мне нужны.

Два или уже три дня наш блиндаж затапливает. Как оказалось, у других ситуация похожая, если не хуже. Сделали из одной пустой канистры от бенз на ведро, в которое один черпал воду, другой принимал у входа, подавая третьему, стоявшему ближе к лестнице, чтобы передавать ведро четвертому, находившемуся сверху, принимавшему ведро, чтобы вылить воду куда-да дальше от нашего блиндажа.

Это пиздец. Я весь грязный, мокрый, уже который день остаюсь без достаточного снаб... И у меня нет возможности, соответственно, нормально помыться, полностью высушиться и как следует выспаться.

Благо, теперь не так холодно, как было раньше. Но, с другой стороны, снег растаял, превратив прежне скользкие дорожки в реки болота и грязи. Земля стала липкой, ты весь в ней, постоянно грязный. Это пиздец.

Видимо, я здесь буду две недели — и это в лучшем случае. В худшем — месяц, а то и больше.

Как сказал один, более опытный, перед тем, как мы отправились на позицию, — первая неделя тянется долго, вторая — быстро, а на третьей, если ты не уехал на второй, человек начинает понемногу, так сказать, сходить с ума.

Спальник весь в высохшему болоте. Сейчас мне исключительно похуй, ибо согреться важнее, нежели необходимость не запачкать спальник. Но как вернусь на базу, то ахуею, как буду в нём лежать.

Сегодня у нас почти ничего не получалось. Сказки, разведке получилось найти двух врагов, скрывшихся на территории, находящейся слишком близко к нам. Те сначала подняли руки вверх, показывая, что сдаются, и проследовали за мавиком. Но, выйдя с посадки, сразу же направились через поле к себе в блиндаж или куда. Командир сказал нам, ударникам, готовить дрон, чтобы вылететь на них. Но на аналоге трудно маневрировать и просто лететь так далеко и за горы, в непроходимый лес; поэтому, собственно, у нас ничего и не получилось. Благо, нас не ебали. Один сказал, что причиной, как ему кажется, является то, что до этого мы показали результат, и, похоже, теперь у нас есть что-то по типу брони от ебания комбатом.

Также мы проебали забрать дроны и батареи до них, когда подъехала коробочка. Правда затем мы забрали дроны с нрк.

Умерло сегодня дове наших пехотинцев. Это пиздец. Старший, оператор фпв-дрона, почему-то решил, что это частично наша вина, ведь если бы мы тогда отработали по врагу как следует, то этого бы не произошло.

Другие ребята пехотинцы выбрасывали гранаты, выданные им. Комбат в дискорде стал на них наезжать. Что более интересно, комбат наехал в дискорде на парня с разведки, что тот не мог чего-то сделать; сказал, что устроит тому суеты, или как-то так, а тот в ответ сказал, мол, встретимся — попробуешь. Лол.

Старший сильно злился на соседний блиндаж, оснащенный оптикой, так как те подставили нас, сказав, что вылететь не смогу и мол пусть это сделаем мы, хотя нам куда труднее было это реализовать.

Сестра попросила немного денег, так как хочет поехать в Польшу к нашим родственникам по их приглашению на два-три дня. Я, конечно, всё понимаю, но несколько, честно признаться, бесит, что с меня так тянут деньги. Просто понимаете, никто и внимание не обращал на мое плохое психическое состояние, гоня меня на работу в свое время. В какой-то степени именно это послужило причиной, почему это я оказался здесь. И вот, я здесь, в таких условиях, получаю эти деньги столь тяжёлым трудом...
Сестра и дальше предпочитает не работать, прикрываясь депрессией и прочим, а парень сестры, вроде устроенный на работу, удивительным образом сверхбыстро проебывает заработанные деньги, видимо, в онлайн-казино. И вот эти двое полуиждевенцев тянут сейчас с меня деньги, находящегося в такой ситуации, получающего эти деньги, отдавая взамен и свой комфорт, и психическое здоровье, а, возможно, и жизнь.

Поэтому я и чувствую за собой особое моральное право на то, чтобы распоряжаться этими деньгами так, как будет мне благоугодно — хоть тратя их на скины в кодм, хоть на новые дорогие гаджеты. Я, конечно, всё понимаю, и я, конечно, согласен дать им необходимую сумму денег на то или другое, но....

Мечтаю отсюда уже наконец убраться... Хорошо, что после позиции меня, скорее всего, никто не будет никуда задействовать. На хате остался всего один человек, а значит, никто не будет мне мешать. Это идеально.

Насчёт варианта с такси, чтобы забрать посылки. Это банально дорого: с нашей деревни и в ту, где стоит ближайший почтомат, почти 1000 грн. Это слишком много... Не знаю, какой второй вариант рассматривать тогда. Есть и другие села (лишь сейчас вспомнил), куда может быть мне ближе и, соответственно, дешевле).

Сегодня с самого утра мы оформили вылет. Я поднял мавик в воздух и ничего плохого не предвещал. Смотрю, мавик начинает самостоятельно понемногу плыть в каком-то непонятном направлении, вроде как за посадку; я, хотя и не в ту же секунду, подумав, что смогу вернуть его сам, сказал, что у меня проблема. Подбежал человек, обучающий меня себе на замену, вырвал с рук пульт и стал пытаться спасти дрон. Он выбег с пультом на улицу и, сильно нервничая, пытался его вернуть и посадить, но, как сам сказал, пришел в недоумение, что дрон по какой-то причине летит сам вверх.

Выбежал затем оператор фпв-дрона, чтобы перенять инициативу. Он с пультом побежал в сторону, куда приблизительно полетел дрон, и вышел на холм. Оба были раздражены и немного напуганы, а я, в свою очередь, сел на паранойю. Зачем-то пошел к ним, но оператор фпв-дрона накричал, что нас слишком много на улице в одном месте, — дескать, возвращайся обратно в блиндаж. Мне стало страшно, ибо проебать дрон было нельзя.

Благо, им удалось вернуть дрон целым и невредимым.

Почему-то все решили, что меня кинуло в режим Асса, и подумали, что я, не обратив внимание на то, что меня понесло за посадку, в последний момент, заметив неладное, безнадежно пытался вернуть управление себе назад. Но я пытался объяснить, что дрон будто бы перешёл в какой-то свой, автоматический режим, и стал лететь сам.

Если когда-то, перед каждым вылетом, основное напряжение у меня создавало осознание той необходимости, что после того, как мы отработаем по цели, будет нужно посадить мавик на землю (мне было делать это крайне напряжённо и трудно), то сейчас я об этом и не думаю; а то, что создаёт основное напряжение у меня сейчас, как взлетаем, это потенциальная возможность, что дрон может резко и неожиданно вновь войти в своё неконтролируемое состояние, и я ничего не смогу сделать, чтобы вернуть его обратно. То, что я могу проебать ещё один дрон — давит.

Повезло, однако, моему сослуживцу, выехавшему дня два назад... Он сейчас себе отдыхает, отсыпается, помылся, кажись; делает, что хочет... А я тут ежедневно испытываю сильный стресс. И другие, как я взлетаю, заметно начинают нервничать.

Хочу наконец покинуть позицию и оказаться по крайней мере на базе....
Ещё старший, которому я приехал на замену, не выехал, хотя он здесь и находится 38 дней... Так, если всё будет идти так же и дальше, он выйдет отсюда вместе с нами тремя, когда нам всем найдут замену, чтобы провести ротацию.

Я в полной мере почувствовал, сколь это всё плохо...

Ну когда уже? Почему именно мне должно так не вести?
Старший уже говорит, что мне было бы хорошо пойти на текелажника на одну позицию, чтобы там, под руководством старшего, снаряжать дроны. Я думаю, что так оно и есть... Это проще, хотя и существует повышенная вероятность, сделав что-то не так, покалечиться или умереть...

Уже который день я не доставал из баула мой пиксель 9. Когда включил и взял его в руки, почувствовал, что держу в руках флагман. Даже расхотелось новый телефон покупать. Но я всё равно сделаю это.

Ситуация усугубляется настолько, что даже и не знаю, что думать...
Старый состав понемногу расходится. Двое убежали в зсч за кордон, ввиду чего у старшего, планировавшего уехать в отпуск за кордон, ничего с отпуском не получится. Но, что хорошо, его всё таки отпустят 26 числа: командир сказал, что пусть будет, как будет со мной, пусть летаю, как умею, но старший выедет.

Теперь буду всё время переживать, вылетая, что проебу мавик. Они думаю, что проблемой является то, что я не могу нормально держать дрон на месте, когда его резко бросает в атти; но в действительности его не просто бросает иногда так в атти, отчего дрон сносит ветром за посадку, но тот своим ходом летит себе в какую-нибудь сторону, почти не реагируя на пульт.

Ненавижу, когда меня сравнивают с другими.. у меня слишком уязвимая гордыня. На бзвп меня перехвалили — пришло время критики. Другой старший, оператор фпв-дрона, нахваливал своего друга, почти одного со мной призыва, что тот умный и быстро всему обучится. Что касается меня, то тут наоборот — меня, видимо, постоянно необходимо раздуплять, как он выражается. Мне показалось, что с какого-то момента его отношение ко мне стало слишком предвзятым.

Старшие интересные варианты съеба придумали. Вот один. Собираешь деньги сначала, затем выезжаешь закордон в отпуск, и не возвращаешься.

Может, все мы будем в пехоте сидеть по четыре месяца без ротаций.

Когда вот поменяют меня, это одному богу известно. Второй, так желавший оказаться на позиции, куда попал я, теперь на базе — вкусно кушает, отсыпается, залипает в телефон, пока его никто не трогает. Правда со дня на день его могут забрать на позицию. И ещё один, который с больницы недавно вернулся, сидит и ждёт... А тот, который должен был заехать вместо меня на позицию был отправлен домой на месяц в отпуск по состоянию здоровья.

Старшие настолько в депрессии касаемо того, что происходит, что нет людей, ротаций, что почти все мечтают уйти в сзч.

Сегодня целый день занимались инженерными работами, что связанно с тем, что задний вход в блиндаж был завален, сходы были все в скользкой грязи, а блиндаж немного затоплен. Пока стоял на улице, чтобы мне подавали ведро с водой, которую черпали с блиндаже, сильно замёрз в пальцы.

Оказалось, ещё один чел из моего бзвп пропал без вести. Как я понял, обоих кинули куда-то под Бахмут, но в разные поселки.

Это так странно... Получается, кстати, что их закинули в пехоту. ..

Бля, оттого, что я не смог разбудить чела, который должен был дежурить после меня в два часа ночи, я не использовал для сна то время, которое, по идеи, мог было использовать. Но только что двое (включая того, который должен был заступить вместо меня) проснулись. Узнали, что я не сплю, спросили, ничего ли не говорили в дискорд, и обратно легли в кровать — возможно, спать. Я бы и сам лег спать, учитывая, что засыпаю, но если не разбужу уже следующего, кто должен был дежурить после того, кого я изначально не сумел разбудить для дежурства, ибо подступает его час дежурить, то, получается, потенциальная вина за то, нас вызвали, а мы не ответили, ляжет на меня.

Хотя был момент, когда я дежурил, но так хотелось спать, что я просто уснул. К тому же я тогда понимал, что так как на улице всё ещё достаточно темно и дует сильный ветер, учитывая, что до этого нас пробовал побеспокоить новый дежурный, познавший в тот же день всю неэффективность нашего экипажа в таких метеоусловиях, я понимал, что, скорее всего, нас больше не вызовут. Ничего плохого не произошло.

Ну и да. Возможно, это звучит так, будто бы мы в казарме какой-то заступили дневальными в наряд. Нет, мы просто лежим в постелях в блиндаже, и тот, кто дежурит, банально не спит и слушает дискорд (ну, или залипает в телефоне, держа уха настороже).

Не хочу завтра просыпаться утром .. опять вылет... ещё один тяжёлый день, ещё одна возможность проебать мавик.

Старший, который, как мне показалось, стал слишком предвзят ко мне, сказал, что если я и дальше буду так проебывать дроны, то меня поменяют.. типа в пехоту отправят.

Парень сестры сформулировал свою просьбу очень интересно. Он, помимо прочего, написал, что завтра днём отдаст "за это.."
Что это означает? Может, он хочет оплатить интернет или совершить покупку онлайн, и для этого ему понадобились данные моей карты? Но разве я бы не смог это сделать сам? А может быть, он хотел перевести деньги сестре, без моего вмешательства, ведь у них закончились свои?
А быть может, что вероятнее всего, он просто желает задонатить ещё раз в онлайн-казино, имея сильную надежду сорвать куш и на неделю решить их проблему с финансами? Но, понимая, что я догадался, что он поступает так, потому-то и хочет, чтобы я отправлял деньги через его маму, мол, сестре не нравится, что я им даю деньги, а так он говорит, что это его мать отправляет им по его просьбе деньги, то та спокойна, — понимая это, он решил пойти в а-банк.. и попросить данные моей банковской карты? Чтобы просто взять и задонатить наконец в онлайн-казино.. давно было пора: чтобы всё время не заходить в мою комнату, чтобы сказать: "подтверди", ибо я перестал реагировать на сообщения; чтобы не использовать дурацкие, надуманные предлоги, вроде того, что он использовал тогда (хотя, как я понял, он не соврал: сестре и правда не нравится, что я давал им деньги, ибо ей кажется, что я нахожусь в более плохих условиях, нежели они так и есть сейчас. Но, как был на базе, то не совсем).

Хотел было помаструбировать, прямо в кровати, но те двое резко вскочили.. если бы начал, то, возможно, случился бы курьёз.

Листал телеграм-канал Дмитрия Гнапа. В его телеграм-канале я наткнулся на пост, в котором критиковали Сергея Иванова. На фото — афиша к мероприятию украинских правых, опубликованная в Фейсбук, и комментарий от автора, который, характеризуя украинских правых и их дело, использовал такие слова, как "братство", "традиции", "нация", "христиане" и тд.

Меня это натолкнуло на мысль о том, что, по сути, российско-украинский конфликт идеально ложится в правый нарратив, встраиваемый консерваторами и традиционалистами: Украина, желая защитить, отстоять своё законное право на государственность, суверенность, а также сохранить свою традицию, выражающуюся в языке, архитектуре, людях и во многих других вещах, ведёт боевые действия против российской федерации, представляющей собой контролируемый колониальным постсоветским московским аппаратом пост-коммунистический, левый режим, заключивший малые народы на своей периферии в наднациональную тюрьму. Вещи, развращающие молодежь, подрывающие многовековые традиции и превращающие людей в галлюцинирующих зверей есть пропаганда, санкционированная то ли евреями, то ли всё-таки западными либералами с целью ослабить и подчинить Украину себе. Следовательно, выступать за эти вещи — значит продать и быть против Украины.

Но, задавшись вопросом о том, может ли российско-украинский конфликт быть понят иначе, я почти сразу осознал, что это не просто так и есть, но, кажется, такое понимание уже транслируется левыми и либералами как в самой Украине, так и её западными поклонниками.
"Украина является демократичной страной, суверенной страной. Ось зла нависла опасностью над свободной, демократичной Европой, и Россия, одна из стран оси зла, подрывает покой и мир во всем мире своими действиями. Гомофобная, сексистсткая, отстаивающая архаичные социокультурные жизнеобразующие шаблоны, российская федерация представляется копией республиканской партии и европейских правых политических партий в больших масштабах; империалистическая Россия делает то, что свойственно природе каждой империи — пытается поработить малые народы. Украине необходимо бороться за свое существование, создать условия и реорганизовать свое социокультурное и экономическое пространство для эффективной евроинтеграции. Следовательно, быть за то, за что выступают западные правые или часть республиканцев — иметь точки пересечения с РФ".

Мне, конечно же, пофик. Притом не демонстративно, будто бы я пытаюсь навязать себе или в интернете другим, что мне и правда всё равно, чтобы и в действительности оно было так; но мне и правда пофик. Так-то, как мне кажется, человек — это то, что он есть сейчас, непосредственно в этот самый момент. сию же секунду гормональный фон такой-то, микроорганизмы в моем организме делают то-то, вследствии чего я чувствую себя так-то; но уже через секунду всё поменялось, и теперь я хочу себя убить. Так это и работает, я думаю.

Более того, чем дальше от вещей, когда-то заставивших меня быть раздражительным, тем слабее их остаточное действие.

Не люблю работать в коллективе. Когда работаешь один, тебе не нужно думать, как думает другой, чтобы понять, чего он хочет, как он видит то, что попросил тебя сделать; точно так же тебе не приходится в спешке пытаться понять, как бы ты мог вклиниться в рабочий процесс так, чтобы, выполняя какую-то подзадачу, во-первых, не мешать, во-вторых, и правда что-то делать.

Вот, к примеру, я распаковал ящик с батареями. Меня спрашивает один, меркантильный такой (не осуждаю), достаточно сообразительный, но раздражительный и способный отстоять свои границы, даже если те кажутся очевидно возмущающими, не могу ли я подвинуть коробку с дронами чуть влево. Я стал бегать глазами по кровати, на миг зависнув, и тем не менее я знаю, где находится лево... он такой, мол, лево там.
То есть от сегодняшнего дня, будто бы после того, как он окончательно меня распробовал и выплюнул, поняв, что я "испорченный фрукты", в мелких деталях стала проявляться его пассивно-нейтральная неприязнь ко мне.

Вот он пару минут назад спросил другого, не заметив, что я бодрствую, дескать, не разбудит ли тот меня, если что. Сказал, мол, или, быть точнее, сформулировал он это так:
"Разбудишь этого.. как его.. а, нейма".

Мне кажется теперь, что он считает меня умственно отсталым.

Вспомнил резонансные слова из критики тцк и сп, выраженной одним украинским военнослужащим. Он выказал недовольство касаемо качества новобранцев, которых всучило им тцк, а затем ему его командывание. Сказал, что пару — наркоманы, четверо аутиста..
Я подумал в этот момент о том, что и я, видимо, такой же аутист для других.

Будто бы обидно, что я, лишенный прежнего комфорта, вынужденный существовать здесь, в сраном блиндаже, выполняя иногда свои профессиональные обязанности, накладывающие — особенно сейчас, пока я ещё новичка — адскую ответственность, к тому же с ненулевой вероятностью быть убитым, не получаю карт-бланш, скорее, обнуление моих недостатков в связи с тем, что я здесь. Скорее, наоборот: я преграда и обуза для так называемых нормальных парней. Страдаем мы одинаково, но наши роли, скорее, образы разные. Они, эти Вани Эрохины, почитаемы простым людом, уважающим их за отвагу. И мы, аутисты-сычи, по воле случая оказавшиеся в этом месте, всеми презираемы, нужные лишь в информационном пространстве, и то для того, чтобы лечь в основу аргументов, направленных против деятельности тцк и сп, в качестве негативного примера эффективности их работы по критерию качества результата в людях — а не их количества...

Это ещё сильнее ослабило мое желание общаться хоть с кем-то из них. И правда, кажется, что мне нужно особое внимание и методически выверенный стиль комминицирования со мной. Видимо, ввиду того, что я инфантил.

Вроде как, ретранслятор я держу теперь намного лучше, чем неделю назад. Нет, я всё ещё сильно переживаю каждый раз, как поднимаю его в воздух и задерживаю на одной точке (вернее, он сам стабилизируется; я его и не держу по сути). Правда если до этого времени я, не понимая причины его такого поведения, был всё время начеку, — что лишь усиливало волнение, — боясь, что в любой момент он может вновь войти в режим ATTI и вместе с тем стать неуправляемым, то сейчас я понимаю причину его такого поведения — в режиме визуального позиционирования дрон ищет время от времени доступные спутники, чтобы лучше стабилизироваться — и именно это есть причина его такого поведения. Ведь так как он имеет прошивку, заставляющую его думать, что он летает в Канаде, а спутники, которые он ловит, соответственно, не отвечают реальной картине, он может так улететь в рандомную сторону, перестав в данном режиме реагировать на команды оператора. Теперь я понял, ведь вновь попал в такую ситуацию, что необходимо делать для того, чтобы не произошло ничего плохого с ним. Всего-то нужно сразу же переключить режим на ручное управление, а затем резко давить стики так, чтобы вернуть его в зону, в которой он ещё может ловить сигнал от пульта.

Когда меняли ретранслятор, у нас всё разбиндилось. Кучу времени и нервов было потрачено, чтобы сделать так, чтобы всё заработало. В итоге на меня наезжали, хотя и не жёстко и скорее с нервов.

Ночью, думаю, я буду чувствовать себя точно так же неуверенно, как в первый раз. В действительности, когда мозг привыкнет держать мавик ночью в режиме Асса, тогда это будет для меня столь же просто, как днём. Это как пытаться научиться писать левой рукой, когда ты правша: мозгу трудно даются эти новые манипуляции; он постепенно выстраивает новые нейронные связи, и чем больше практики, тем быстрее этот процесс даст результат. Как итог, ты на автомате делаешь всё, что нужно, чтобы осуществить эту работу. Ты в этот момент максимально расслаблен.

Я узнал, что, видимо, мне есть замена, кроме человека, которого я приехал менять.
Возможно, меня и заменят на того, который должен был заехать на позицию передо мной. Или, быть может, тем, который пробыл здесь всего полторы недели. Или же тем, которого на позицию ещё не отправляли.

Но вот интересно стало. Ротному важны те дни, когда я здесь буду работать уже после выезда старшего, или, быть может, он ориентируется на специальный график, по которому мне здесь оставаться придется ещё дней, скажем, пять? А может, меня здесь будут держать до тех пор, пока не найдут замену, сколь бы времени это ни заняло? Не знаю.. но в любом случае могу сказать одно: абсолютно не понимая, сколько я здесь буду, не зная, когда мой день Х, каждый новый день будет ощущаться как молекула из ручья воды — одна из многих, по которой невозможно сориентироваться, где ты находишься: всё ещё в середине потока, или уже ближе к его концу...

Странное чувство...

Я уснул сегодня достаточно рано — но и достаточно рано я проснулся. Отойдя ото сна, я обратил внимание, что один сослуживец не спит, хотя до ночного дежурства и оставалось много времени. Я испытал голод и почувствовал сухость во рту, которая побудила меня встать с кровати, чтобы закурить.

Я, собственно, достал из пакета булочку, съел её, а затем принялся курить. Как потушил бычок об "колени" своей песчаной кровати, я залез обратно на кровать. Я лежал, продолжая потреблять контент порнографического характера из телеграм и двача, чем занимался в первые минуты, после того как проснулся. Я сильно возбудился, смотря на трапов, пребывающих в экстазе, и на секунду заболел идеей помаструбировать. Я подумал, что можно было бы взять немного туалетной бумаги, чтобы по окончанию этого процесса вытереться, а также чтобы дать неспящему ложную зацепку, которая бы повела его интерес, если бы то вдруг обратил более пристальное внимание, что я куда-то собираюсь, по ложному пути изыскания.

Я вышел в коридор, прошел немного; оказавшись на улице, мне в лицо ударил сильный и холодный вихрь, давший понять, что, видимо, мастурбировать я сегодня не буду, продолжив держать вынужденный но-фап. Я поссал в посадке, а после оторвал кусочек от туалетки, чтобы очистить головку от налета, вновь появившегося после той первой гигиенической процедуры. Я подумал, мол, это можно сделать прямо здесь, но затем пришло в голову, что яркий свет от экрана телефона сделает меня слишком заметным; к тому же сильный ветер и холод, царившие на улице, как я вышел в туалет с намерением ещё и подрочить, явно не располагали к этому. Я прошел немного траншеей, остановился на размежевании и подумал, мол, может сделать это в окопе, который затопило и который мы используем теперь как свалку?
Но я быстро пошел обратно, как бы не придавая значимости этой мысли.

Затем я подумал, чтобы сделать это в небольшом проходе до блиндажа. Но я не стал делать этого, ибо там в достаточной степени слышно, чтобы бодрствующий смог услышать резко остановившиеся шаги, а вместе с тем и характерные звуки мастурбации (а может и нет...).

В общем, я этого так и не сделал.

Зато, как прилёг на кровать, испытал странное чувство выпадения из коммуникационного совместного когнитивного пространства, в котором люди бессознательно совершают совместные действия и сосуществуют. Я будто бы на миг ощутил себя Адамом и Евой, осознавших, что они ноги. Я задался вопросом: где я? Кто эти люди? Я испытываю дискомфорт, находясь рядом с ними, ведь те подобны гостям, а я — ребенку-аутисту. Также подумал, что страшно дать тем увидеть психосоматические проявления моей социофобии — будто до этого они этого не видели.

Правда теперь я отошёл от этого странного чувства.

Скоро старший, которого я приехал заменить, и которой остался по просьбе ротного, чтобы обучить меня, уедет, а значит, я останусь один. Тревожно, но и проще, в какой-то мере.

Уже который день я не решаюсь послушать музыку. Сделать это я хочу не в любой момент времени, возможно самый неподходящий, а во время ночного дежурства, на которое заступит кто-то другой; в этот момент я должен спать, а поэтому всё равно, чем я там занят на своей кровати. Главное — лежать не с закрытыми глазами. Конечно, я и так услышу, как мне кричат, чтобы я проснулся и что нужно взлететь. Но лучше видеть внезапно возникшую суету, чтобы иметь и визуальную уверенность, а не только хромающую аудиальную. Но, с другой стороны, если кто обратится ко мне с какой-либо просьбой, то я рискую его не услышать. Конечно, почти все спят, но всё же ...

Я подсчитал, сколько ещё вероятно мне придется здесь находиться. Должно быть, до весны. 3 числа следующего месяца с отпуска, который ему дали по состоянию здоровья, возвращается мой сослуживец, которого вместе со мной учили на ретриковода. Возможно, им меня и поменяют. Правда неизвестно, когда именно, и тем более непонятно, поменяют ли вообще в следующем месяце...

Но если так, если он — моя замена, то пробыть мне здесь придется ещё одиннадцать-двенадцать дней — и это в лучшем случае! Ещё почти две недели из дня в день я буду нести на себе ту ответственность, которая возлагается на меня моей боевой задачей на позиции. Это раздражает. Я здесь без одного дня две недели. Так пробуду здесь почти месяц.

Я бы хотел сфокусироваться на этом дне, 3 число следующего месяца, чтобы погрузить себя в иллюзию наличия твердого знания о том, когда я отсюда уеду: на психологическом уровне, вероятно, мне так будет проще. Я не уверен, что ротация произойдет именно тогда; но надеюсь на это. По крайней мере мне нужно загвоздить этот день как крайний день на позиции, даже если это и не так, чтобы создать ощущение определенности, дать себе точную дату, от которой можно исходить в ощущениях, погружаясь в панические конвульсии по поводу того, что я здесь не хочу быть, чтобы сделать онтологически реальным факт, что я отсюда когда-нибудь — притом в скором времени — уеду (хотя это и правда так, но я этого совсем не чувствую).

Я уже хочу оказаться на базе, сняв с себя бремя ответственности, пойти в душ, наконец тщательно вымыться, обустроить спальное место, во много раз более удобное и чистое, приятное и комфортное, нежели то, где мне в настоящий момент приходиться спать; хочу лежать, зная, что никто не побеспокоит, слушать в беспроводных наушниках любимую музыку, смотреть видео на Ютубе; и чтобы единственной проблемой, составляющей важную часть моих психических переживаний, был вопрос, как доставить посылки из почтомата или отделения новой почты к себе на базу...

Это всё странно. Я уже наконец хочу оказаться там. Будто бы это хоть что-то изменило, более того, оказавшись там, я бы в каком-то смысле ускорил наступления того дня, когда всё это, чем я живу сейчас, начнется заново — и я опять окажусь на старте, понимая, что закончится это всё, чему лишь предстоит начаться, ещё не скоро.

Единственное, что радует, так это то, что за всё это время я почти не тратил деньги, лежащие на моем счету (лишь на сигареты), и когда придут боевые (уже на днях), у меня на карте будет лежать 85 тыс грн. Следовательно, выбор, что купить, станет проще, а горизонт возможностей в выборе шире. Так не буду я сомневаться, посмотрев на 15 iphone pro max за 30 с чем-то тыс грн, или даже air. Может быть, я бы даже рассмотрел более детально вариант с zte 11 pro +
Точно бы не томил, когда обратил бы внимание на дорогие беспроводные наушники.
Возможно, взял бы и телефон, и планшет — zte nubia astra. Ну и мелочовку: павербанк и тд. Притом осталась бы приличная сумма денег после приобретения всех тех вещей.

Вот о чём подумал... Как я заметил в другом моем посте, оставленном в этом треде, чем быстрее бы убежал отсюда, тем был бы и проще, и дешевле сам побег. Если бы сумел избежать встречи с полицией, то и вовсе бы ничего не произошло. Если бы смог убежать от остановившего меня полицейского патруля, то меня даже бы не оформили; дальше я был бы менее беспечен. Если бы получилось убежать с части, куда меня доставили из военкомата, то, хотя меня уже документально оформили, я бы очень быстро оказался дома. Если бы каким-то чудом я смог дать на газ, когда мы в первый раз остановились поссать и покурить, когда нас везли автобусом на распределительный пункт, то, хотя я и находился в тот момент слишком далеко от своего дома, к тому же в неизвестном мне районе (да что уж там — городе), то, быть может, мне было бы проще оказаться дома, нежели тогда, когда я оказался здесь. Если бы сбежал с распределительного пункта... Или с деревни, куда нас изначально поселили.

И что теперь? В настоящий момент я базуюсь в прифронтовом городе; чтобы добраться домой, уйдя таким образом в сзч, необходимы большие деньги, а также неимоверная удача, так как почти по всей дороге стоят блок-посты. Моя жизнь кардинально изменится.

А ведь всё бы было ещё проще, если бы тогда я выбрал другую дорогу домой, возвращаясь на обед....

С другой стороны, если уж и искать плюсы в ситуации, сложившейся в настоящий момент, то, оказавшись здесь, я получил большие деньги (как для меня), и получу ещё больше. Оставаясь же дома и дальше, я бы и впредь бедовал, катаясь в местной службе доставки, испытывая стресс из-за социофобии... (Хотя, в этом плане тут то же самое).

Я приобрёл pixel 9 (пусть и заблокированный на оператора). Возможно, куплю и много другого, крутого и дорогого, о чём и мечтать не доводилось часто, пока был дома. Так что, непременно, и здесь есть свои плюсы.

Будь я более общительный, сообразительный, не социофобный, толковый, то и вовсе, должно быть, то, что со мной произошло — это был бы шанс, выпадающий лишь раз в жизни. Подумайте сами. Я за 6 км от линии размежевания, моей жизни особо ничего не угрожает. Единственной моей задачей является держать в воздухе по направлению мавик с закреплённым на нем ретранслятором (то есть даже не летать, осматривая местность, как это делают в разведке). Буквально всё. Конечно, есть свои крайне основательные минусы. Но это можно и перетерпеть, зная, что делаешь себе хорошо на будущее.

Но с тем, какой я, чем дольше оно будет так продолжаться, чтобы я ничего не пытался изменить в моей нынешней ситуации, тем только хуже для меня. Если бы я обратился за помощью к командиру, чтобы тот отправил меня к психиатру, чтобы получить рецепт на необходимые мне лекарства, чтобы хоть как-то справляться со своей социофобией в столь людном месте, и у меня бы всё получилось, то уже было бы во много раз лучше и легче. Научиться держать мавик возможно: главное — практика. Общаться ни с кем не нужно: нет такой необходимости. Всегда со мной больше одного человека, за счёт чего у тех есть собеседник, чтобы не скучать. Конечно, нервы.. но таблетки мне бы помогли и в этом. Я бы сколотил кассу, чтобы вернуться домой при деньгах, на время решив наши финансовые трудности и обзавевшись всеми теми гаджетами, которые бы скрасили мое дальнейшее существование.

А так? А так я просто плыву сейчас по течению...

Может всё-таки бахнуть в кодм немного денег? Лучше нет...

Пизда. На позиции, атакованной врагом, двое двухсотых и один, вероятно, трехсотый, выживший. Сегодня ближе к обеду у нас было ввиду этого много работы: вылет за вылетом. Хотя и дул сильный ветер, в режим ATTI меня перекинуло только в крайний раз. Я ещё тогда разнервничался, ибо дрон не хотел давать высоту, и поэтому позвал старшего. Он сел за пульт и кое-как смог поднять дрон на достаточную высоту.

Старший примерно уже через два дня уезжает, а это означает, что я теперь совсем один со своими профессиональными проблемами. Боюсь, что сейчас скажут вылетать, ибо, кажись, ветер ещё не утих, и мне снова придется бороться с ветром, а затем с великим трудом садить дрон.

Мне так страшно, откровенно говоря, что я проебу дрон за эти два дня: будто бы это как-то задержало выезд старшего, из-за чего тот был бы раздражителен и возненавидел меня.

Сколько технических и метеорологических моментов с этими мавиками, когда летаешь в столь экстремальных условиях...
То ввиду дождливой и вместе с тем холодной погоды обвес камеры начинает прыгать или перестает двигаться, отчего посадить дрон становится исключительно трудно, то его переключает в режим ATTI, ввиду чего тот становится не таким контролируемым и тебе приходиться максимально концентрироваться на процессе, чтобы ситуация не вышла из под контроля, а затем ведь ещё и посадка, которую в таком случае крайне трудно реализовать; то мавик ловит спутники, отчего пытается сам улететь в неизвестном направлении, и тебе приходиться в панике его возвращать обратно.

Ещё ночь есть. Вылеты ночью до этого дня были редкостью; но ввиду сложившейся ситуации, быть может, ночных вылетов будет больше, чем обычно — то есть больше, чем один. Нет ничего хуже этого.

Надеюсь, что ничего плохого до этого отъезда не произойдет.

Но также надеюсь, что и после его отъезда ничего плохого не произойдет.

Я потому и жду так тот день, когда смогу выехать, чтобы полностью снять с себя ту ответственность, которую на меня накладывает пилотирование дорогой и дефицитной в нашей ситуации техники.

Окажусь на базе — и больше никакой ответственности. Конечно, спустя какое-то время — то же самое. Вот только мне нужно перевести дух, расслабиться, прийти в себя, снять психическое напряжение, перестать быть вечно в тонусе.

Кажется, что сложившаяся ситуация не располагает к быстрой ротации. С другой стороны, будто бы наоборот: будет логистика, более того, необходимо вывести тела и раненого. В любом случае, абсолютно непонятно, когда меня заберут отсюда. Быть может, быстрее, чем двух оставшихся, ведь один — оператор фпв-дрона, другой — инженер, и замены как таковой им пока нет. Инженеров, допустим, вообще нет, ибо почти всех новеньких хотели сделать операторами, а те несколько, которых, вроде как, обучали на инженеров, отправили на позицию, и, если не ошибаюсь, один или два как раз и были убиты на той позиции, которую сегодня атаковал враг.

Насчёт операторов фпв-дрона — непонятно. Вроде есть пару человек, которых обучают на это. Но, кажись, ничего пока неясно.

На ретриковода вместе со мной обучался один парень, попавший в больницу ввиду паралича левой стороны лица. Он то и должен был заехать на эту позицию вместо меня. Но, раз так случилось, закинули уже меня. Его выписывают, точнее, он приезжает 3 числа следующего месяца. Возможно, именно он будет моей заменой. Если оно так, то оставаться мне здесь — при условии, что его отправят на позицию в тот же самый день — придется ещё 8-9 дней. Я тут уже без дня две недели. Нам говорили, что с ротациями нет никаких проблем у нашей роты, и меняют всех ровно через две недели. Но теперь я сомневаюсь в этом.

Хватит ли мне нервных клеток до дня, когда меня поменяют? Я бы хоть сейчас выезжал с позиции. Как же я этого хочу. Ну как. В действительности здесь не настолько уж и плохо. Но моменты, когда нужно что-то делать, то есть держать дрон в воздухе по направлению, крайне напряжены, ввиду того, как трудно это делать в данных условиях. К тому же хочется отоспаться, помыться, заказать товары, знать и понимать, что никто не тронет и что можешь быть занят своими делами (я здесь даже музыку не слушаю в своих беспроводных наушниках).

Бесит, что никто точно не может сказать, когда меня поменяют. Мне даже неловко спрашивать это у ротного, ведь, во-первых, я стеснительный и социофоб, а, во-вторых, я буду спрашивать это как человек, прибывший менять человека, находившегося здесь почти месяц, в то время как я пробыл здесь всего две недели (и то без одного дня). Но я хочу иметь в виду точную дату моей ротации, чтобы развеять дым неопределенности, вводящий в обман, заставляющий нервничать и видеть там то самое худшее, чего там в действительности не существует.

Интересный момент. Ночью в режиме ATTI мавик на высоте примерно 5 метров от земли не стабилизируется: он как бы плавает над землёй, посему его необходимо подкорректировать, чтобы нормально посадить. Это у меня получается с большим трудом. Днём в том же режиме и на той же высоте дрон автоматически стабилизируется, и садить его в значительной мере проще.

Я бы лучше пошел на инженера, или, как называют (если это одно и то же, конечно же), текелажника. Всего-то и нужно, что оснастить дрон, включить, подождать, когда оператор скажет, что картинка у него есть, переспросить, выключены ли тумблеры, и выйти на улицу, чтобы выставить его на взлетной площадке. Дальше ты просто сидишь в блиндаже и наблюдаешь, иногда исполняя просьбы оператора дрона. Всё. Но тебя больше ничего не зависит. Разве что может быть такое, что будет неразрыв. Тогда это твоя вина, и с тебя спрашивают. Но если всё делать правильно, то, скорее всего, всё будет в порядке.

Единственное, что трудно в этом, так это то, что работа эта крайне опасная и требует особо высокой концентрации. И всё равно это проще всего из всех трёх ролей, которые здесь актуальны.

Я думал, что логистики сегодня не будет, ведь к такому выводу пришли старшие, пока пытались выяснить, будут ли ехать наши коробки. Я поэтому лег спать. Но спустя какое-то время меня разбудили и уведомили, что сейчас необходимо пойти собрать вещи, которые мы хотели отдать на склад, так как скоро приедет коробочка.

Я пошел с одним из старших забирать большой кейс, в котором нам передали дохуя Дронов. Когда мы вытащили его с блиндажа, того, который затоплен, он стремительно стал задавать мне темп и направление, двигаясь в неизвестное мне место. Спина, как и рука, которой я держал кейс, отказывала. Старший, оператор фпв-дрона, которому 23 года, обладающий, на мой вкус, противным характером, всё комментировал, мол, там ветка, а затем активно критиковал меня, слегка наезжая, что я что-то делаю неправильно.

На этот раз заехал пикап — тот, который вез меня в табор и водитель которого мне сказал, что сегодня заезжать на пикапе на позицию — значит подписать себе смертный приговор. Другой разгрузил к тому времени машину, и как мы со старшим подошли к машине, мы стали переносить вещи поближе к посадке.

Не знаю почему мне так кажется, но люди, которых я здесь встречаю, обладают крайне противным характером — почти всё без исключения. И дело, кажется, не в том, что я "не вывожу", просто они и правда противны как люди. Помимо того, что очевидно мне в них не нравится и что, тем не менее, не является частью личности кого-то из них, но закономерная реакция нервной системы, оказавшейся в трудной ситуации, когда всё бесит, все они какие-то раздражительные, любят критику, язвить, а затем общаться как ни в чем не бывало. Конечно, и такой тип личности, как я, мало кому из них по нраву. Но это даже к лучшему: наше бессознательное восприятие друг друга симметрично.

Пришлось оформить вылет, так как оператор фпв-дрона доложил дежурному, что нам пришли пару термальных и инфракрасных Дронов, и тот сказал вылететь на "охоту". Я бы на удивление спокоен и даже заинтересован, чтобы вылететь, ведь, как мне показалось, погода на улице сейчас намного лучше, чем было днём. Правда, как сказал старший, ретранслятор я держал плохо. Видимо, так оно и есть. Ну а что я сделаю-то?

Не хочу здесь находиться. Мне бы хотя бы знать точную дату ротации, когда меня поменяют, чтобы развеять ту неопределенность, которая дымом опустилась в мой ментальный обитель.

Мне кажется, что только тот старший, который обучает меня на ретрике, заметил психосоматические проявления моей социофобии, хотя и фпв-дрона оператор то же. А вот инженер, постоянно погруженный в свое или в свою болтовню, как кажется, ничего такого за мной пока не замечал.

Хочу домой.

Уже в пять утра мы оформили вылет. Было достаточно светло, чтобы мавик смог поймать стабилизацию, и поэтому держать его было просто.

Когда садил дрон, не думал, что у меня появятся какие-то с этим проблемы. Инженер, неожиданно вышедший из блиндажа, спросил, проходя мимо меня, не вижу ли я кого через дрон. Вышел и второй, и третий. К нам подошли какие-то военнослужащие. Уж думали враг. Но это союзники — штурмовики или пехотинцы.
Просили зайти согреться. Но тот им сказал, что, мол, мы работаем и поэтому не получится. Мол, зайдите в блиндаж к вампирщикам: у них много места и они почти на летают.
Когда садил дрон, залетая в посадку, меня понесло сильно влево прямо в куст. Я не понял, как это произошло. Было глупо, и, более того, свидетелями этого стали все те трое.
Оператор фпв-дрона стал кричать на меня. Он предположил, что я пытался залететь в посадку в режиме ATTI, и на справился с управлением. Сказал, что как набью скилл, чтобы летал так же умело, как играю в четыре пальца, вот тогда пусть залетаю так.

С дроном и ретранслятором всё в порядке. Вот когда садил ночью в режиме ATTI, сел случайно в поле, где высокая высохшая трава, или ветки, и кукурузка на ретрансляторе отломилась. Но, как я заметил, сам металлический ободок не сломан. Мы просто приклеили кукурузку на её место, и теперь, вроде бы, всё в порядке.

Вот только я заметил, после второй неудачной посадки, что один из двух проводов, идущих от дрона к ретранслятору (видимо, это питание) оторван. Странно, что этого никто не заметил; хотя, как показалось, когда один сидел напротив дрона, и когда второй его осматривал — они будто бы обратили на это внимание.

Следовательно, я затрехсотел дрон, к тому же термальный, а не ретранслятор. Даже не знаю, что хуже.

Я ещё никому ничего не сказал: до вечера ещё есть время. Но, конечно, чем быстрее обращу их внимание на этот момент, тем лучше.
Получается, придется доставать запасной термальный мавик. Вроде такая мелочь — один оборванный проводок, — а делает мавик, при всей его работоспособности, абсолютно бесполезным.

Сказали в шутку, как мы крутили пропы, что у меня уже два залета, и поэтому сегодня всё делаю я. Касаемо второго залета. Просто когда крутил пропы, сильно зажимал, отчего я мог слизать внутреннюю часть ключика, так тот ещё и застрял, что аж пришлось его доставать одному из старших.

Каждый вылет — груз ответственности, ложащийся на меня с момента взлета, и сбросить его возможно лишь после удачной посадки. Я постоянно мечусь между двумя сомнениями — что дрон поломаю, или что плохо буду держать мавик (в зависимости от того, по какому сценарию прошел крайний вылет). Инженер сказал, как шуточная речь вновь зашла за то, что отпуск старшего откладывается, что я не могу держать ночью мавик, и мол что будет без него, а второй старший подтвердил его слова; мой сенсей ничего не возразил. Странно, ибо казалось, что держать его ночью кое-как я могу.

Чувствую себя исключительно бесполезным. Лишь перевожу продукты, занимаю место, ломаю дефицитную технику...

Помнится, старший сказал, что один молодой новенький водитель, который плохо справлялся со своими обязанностями, вроде как, попал в пехоту.

Думаю, такая участь может ждать и меня.

Тарас Юрист Адвокат Одесса любопытный персонаж. Иногда смотрю его видео из чистой привычки, сформировавшейся, когда однажды наткнулся на одно его видео — и понеслось. Сам мужчина будто бы в открытую не выступает против украинской государственности или ВСУ. Оптика, через которую он подает информацию, а также подбор самой информации формируют крайне негативное впечатление об украинском правительстве, тцк и сп; также автор иногда в своих видео выражает собственную позицию касаемо всеобщей массовой мобилизации, телемарафона и официального, провлстного проукраинского нарратива.

Кажется, утверждать, что автор данного канала выступает с пророссийских или антиукраинских позиций не совсем корректно. Скорее, как мне думается, проблема состоит в том, что так получилось, что автор выступает таким себе дополнительным гарантом со стороны "той баррикады" для пророссийской части населения Украины и самих русских; когда почти то же самое говорят представители стороны оппонентов, что и твои собственные спикеры, создаётся впечатление, что твои эмоциональные притязания по данному вопросу находят истинное подтверждение с обоих сторон, а значит отражают действительность (особенно, если спикеры с обоих сторон оппозиционеры).

К самому автору как таковому у меня претензий мало. А вот к людям, оставляющим под его видео комментарии, — предостаточно.

Их можно разделить на несколько видов:
1. Те, кто выражает явную симпатию идее интеграции Украины в состав российской федерации и/или лояльны к бывшей пророссийской украинской власти, считая, что при той жилось гораздо лучше (это забавно... Это похоже на знаменитый тейк коммунистов, служащий аргументом в пользу технологической ущербности старой России в сравнении с СССР: мол, в российской империи не было электричества, а вот в советском союзе оно было. Тут также: при Януковиче и границы были открыты, и никакой войны не было, и доллар был по 8 грн.)
Прямо заявляют, что именно украинцы виноваты в том, что сейчас происходит, ведь вместо плотного сотрудничества с РФ, они выбрали стать частью западного мира.
Один даже написал: "российские солдаты пришли навести порядок на украинских землях".
2. Религиозные фанатики, занимающие крайне радикальную конспирологическую позицию по отношению к теме российско-украинской войне. Они считают, что истинной проблемой Украины в настоящий момент есть то, что глава страны — еврей, по всей видимости мечтающий уничтожить всех украинцев, либо исполняющий план западных элит, состоящих поголовно из глобалистов, имеющих своей религией сатанизм, желающих поработить мир. По их мнению, Россия и Путин здесь ни при чем, точнее, те и не упоминаются при эмоциональной критике, выражающей суть и природу проблем, нависших над современной Украиной, находящейся в условиях войны. Для них ни Путина, ни России в данном контексте попросту не существует.

Внутренние противоречия в Украине, появившиеся и затем в полной мере проявившиеся, продуцируют сегодня мировоззренческие предпосылки для формирования мнения об сложившейся ситуации между Украиной и Россией на благо последней. Мол, все беды Украины, испытываемые ею сейчас, есть следствие постепенного отмеживания от РФ и предпринимаемых попыток интегрироваться в европейский союз. Поэтому-то нас и геноцидят, ловя на улицах представители тцк и сп, совершая таким образом жертвоприношение, а при власти сидит еврей-бандит, прислуживающий западным вампирам.

Забавно, но это в некоторой степени можно отзеркалить, говоря о России. Вот, к примеру, Украина прислуживает западным сатанистам. Хорошо.. а Россия — китайским коммунистам.

Опять таки, этим людям, что оставляют такие комментарии под такими видео, невыгодно вплетать в разговор Россию и Путина в каким-либо контексте, ведь быстро выяснится, что всё гораздо сложнее, чем они привыкли думать.

>>46726
Мы можем задаться вопросом: почему некоторые собаки лают на проезжающих мимо них велосипедистов? И ответить: потому что.. развернутый и интересный, учитывающий все достоверные по данному вопросу факты, ответ.
Но, дав ответ, мы не пришли к истине, что для собаки объективно правильно лаять на проезжающих мимо неё велосипедистов. Мы лишь установили каузальную связь между этими явлениями.

Следовательно, все стандарты, шаблоны, правила, предписания, императивы, нормы и тд являются условными и относительными (то есть относительно чего: экономической выгоды, веры в языческих богов, и тд).

Противоположный взгляд на мир — христианство, основанное на аристотелизме. Так мы точно можем сказать, что у всего есть свой правильный прообраз. Мы можем иметь знание о том, какой должна быть собака, знать, что если конкретная собака по тем или иным своим качествам не соотносится с идеальной собакой, то с ней объективно что-то не так, и даже иметь объективное право поступать по отношению к этой собаке неким терапевтическим образом.

Второе будто бы отражает эволюционно сформировавшихся таким образом людей, которые бессильны перед бессознательной внутренней необходимостью подчинять своей воле других людей. Он не терпит непохожее, ведь его мозг считывает это как то новое, которое потенциально опасно: нет в опыте ничего похожего, отчего непохожее создаёт пугающую непредсказуемость. Отсюда острое желание "нормализовать" всех непохожих. Раньше такие люди просто бы убивали непохожих, теперь они, используя внушение, пытаются обезвредить тех и подогнать под стандарт.

Первое будто бы отражает стойкое психологическое желание индивида быть абсолютно независимым во всех отношениях. Он не хочет быть заранее охарактеризованным по тем или иным своим признакам, ведь, как думает, так он в некоторых случаях сразу же проиграет: скажем, он араб в Америке. Мужчина, ощущающий себя женщиной, не желает к себе отношения как к мужчине.

В первом случае мы можем сказать так: тот факт, что данный индивид — ХУ-хромосом, сочетаемый с фактом, что своим поведением и типом мышления тот не соотносится с тем, каким должен быть индивид, который оказывается ХУ-хромосом, говорит нам о том, что такой индивид объективно неправильный. Что интересно, объективно правильный индивид, ХУ-хромосом, существует не только как абстракция, но и в реальности. Правда возникает вопрос: почему мой цвет кожи, черный, должен быть как твой, белый? И, мол, если это не так, то я объективно неправильный.

Лево либералы ответили бы, что всё это чистая условность и не более. Христианин, аристотелик, — что это объективный стандарт, обусловленный волей Бога.

Я встал с кровати, чтобы сесть покурить, и услышал, как ротный в качестве дежурного разговаривал с нашими боевыми экипажами о том, чтобы те стреляли, если увидят кого, на всякий случай, ибо всё чаще враг подкрадывается к нашим позициям из-за плохой погоды и нет времени разбираться, кто этот непрошенный гость такой; также говорил, чтобы мы чаще общались через радейку.

Оператор спросил у ротного в частном порядке касаемо парня, которого я меняю: когда мол его вывезут. Тот сказал, что, кажись, тому бы следовало пройти на одну позицию, куда планируется логистика, находящаяся от нас на расстоянии 1,6 км.

Старший явно не рад такой перспективе и теперь заметно нервничает.

Не знаю почему, но я сейчас спокоен. Возможно, это связано с тем, что нас за всё это время не вызывали в дискорде, приказывая вылетать. Я решился достать одну пару беспроводных наушников (с сенсорным экраном на кейсе, чтобы сразу посмотреть количество заряда батареи, хотя и мог это сделать, соединив их или любую другую свою пару с телефоном. Но, видимо, я не до конца решился сделать это, раз предварительно проверил батарею, достав наушники, позволяющие сделать это, не соединяя телефон с гарнитурой: будто даю себе шанс быстро вернуть всё, как было). Хочу наконец за долгое время послушать музыку.

Мне несколько тревожно оттого, что я частично останусь один на один со своими профессиональными проблемами...
Конечно, есть оператор. Но это тот парень, который, как мне показалось, слишком предвзятым стал ко мне, осознав, что я такое. К тому же ему ещё нужно время, чтобы добежать с блиндажа, откуда он пилотирует фпв-дрон, ко мне, где я держу мавик — на входе в блиндаж (не на улице, а внутри), кинув нашу миссию по полету на цель (ведь никого не будет у пульта).

Я, конечно, сейчас более уверен в себе благодаря тому, что держал мавик в настолько плохую погоду и с плохим качеством сигнала, передающего картинку, что аж та зависала на три-четыре секунды, что даже старший говорил, что держать мавик в рамках условиях — та ещё задача. Сегодня и вовсе держал мавик в режиме ATTI, когда ветра почти не было, отчего мне почти не приходилось двигать стиками. Это придало мне уверенности, хотя, в отличии от первого случая, это глупо: в первом случае я стал в себе уверен, ведь смог сделать это в хард моде, а здесь — так как сделал это в изи може.

Кажется, я разобрался во всем. Единственное, что получается у меня с большим трудом до сих пор, и что ввиду этого не даёт мне покоя, — посадка. Но я понял, что могу осуществлять её не в лесопосадку, а на дорогу (хотя мне и придется тогда выходить на дорогу, то есть чуть дальше от блиндажа; а ведь сегодня прилетел фаб так близко, что я увидел вспышку что на экране пульта, что на входе в блиндаж. Что забавно, старший, стоявший возле меня, чтобы вдруг что подстраховать меня, в ту же секунду забежал обратно в блиндаж, оставив меня там одного; потом все шутили об этом, и старший дал совет, мол, в такие моменты, если сигнал от пульта к дрону нормальный,
а сам дрон стабильно весит в воздухе, прятаться в блиндаж, или зайти чуть глубже в проход, а пульт оставить на том месте, где я сижу, пилотируя мавик).

Кажется, я почувствовал спокойствие тогда, когда у меня стало складываться впечатление, что я и правда способен просто и без лишних нервов пилотировать дрон, когда это нужно. Мол, я сделаю свою работу, как это будет нужно, чтобы и дальше лежать на кровате, отсыпаясь или занимаясь своими делами. И, конечно же, не каждый третий, — а в плохую погоду и первый — полет заканчивается плохим исходом, отчего появляются лишние проблемы, без которых было бы всё то же, как было до вылета, когда мы лежали на кровати и занимались своими делами. Поэтому, честно, и хочется, чтобы я был в этом достаточной хорош, чтобы просто существовать здесь в своем перманентном трансе, чтобы как можно скорее оказаться в моменте, когда будет актуально сказать: "Теперь я на базе".

Не знаю почему, но как уехал парень, учивший меня держать ретрик, всё стало депрессивным. И дело не в его фигуре, а в том, что своим отъездом он в момент сломил формировавшую у меня почти две недели привычку. Всё теперь иначе, хотя и точно так же. Социальная конфигурация изменилась, хотя и не был встроен новый элемент в систему, но, напротив, был выключен старый из неё.

По выражению лицу оператора я понял, что тот расстроен, будто бы опустошен тем, что его друг наконец уехал. Он ратовал за это, да и помог тому с этим, подняв данный вопрос с ротным. Но, кажись, он не был и правда готов к этому.

По какой-то причине мне трудно даётся переносить какие-то изменения в окружающей меня ситуации или оказаться в новом месте. Я в такие моменты впадаю в микродепрессию, длящуюся ровно столько, пока я не привыкну к новой, измененной реальности.

Так же было, когда я сюда только-только заехал. А что потом? Да вроде как привык...
Так же будет и сейчас.

Вот только те двое, с кем я остался теперь, проявлением своих не самых приятных характеров смогли внушить мне параноидальную депрессивную панику. Один наехал, второй наехал — притом оба, как оно обычно и бывает, по сущему пустяку. Но добило, когда оператор сказал, услышав, как сменившийся ретриковод в шутку спросил у меня, не еду ли я с ним, — дескать, ты даже не заикайся об этом. Затем добавил, что либо он, как научит одного парня летать на фпв, меня заменит, либо уехавший, когда вернётся из отпуска. Ни тот, ни другой вариант меня категорически не устраивают. Но ретриковод напомнил, что мой сослуживец, с которым нас учили как ретриководов, приезжает из отпуска уже седьмого числа следующий месяца (а разве не третьего?), и, мол, он меня и заменит.

Они сказали мне, особенно инженер, чтобы я вдруг что, при любом непонятном звуке, как буду вести дежурство, разбудил их, без толики сомнения (как бы понимая, кто я такой, и потому и давая такое наставления, акцентируя особое внимание на целесообразности того, чтобы разбудить их, что бы мне там ни показалось).

Сказали, чтобы я достал свой автомат. Оператор добавил, чтобы я дослал патрон в патронник, как это сделал он сам пару дней назад, как стало понятно, что ситуация — жопа. Я этого делать не стал. Но автомат достал. Он вообще был завален под стенкой коробками и прочим. Как прикоснулся к автомату, меня пронзили новые чувства.
А как включил в беспроводных наушниках музыку, так и вовсе прифигел: когда слушал музыку на базе и дома, ничего не чувствовал, музыка, казалось, играет всё время слишком тихо; а сейчас музыка показалось столь объемной и всецело увлекающей меня в свое удивительное путешествие по гитарным запилам и классным вокальным партиями, что я удивился прямо-таки. Это связанно, думаю, с тем, что все эти две недели я бытийствовал одним и тем же, прижатый страхом, что сделаю что-то не так, неуверенностью в пилотированию дроном (особенно в плохую погоду и ночью; а ещё хуже — в плохую погоду ночью) и социофобией.

Будто бы мой мозг промасировали — такое вот ощущение возникло в те два момента.

Только что вылетели. Благо, сегодня нас больше не тронут, ибо оператор доложил дежурной, что видимость столь плохая, что наш экипаж ничего сделать не сможет.

Я не видел тех посадок, по которым должен ориентироваться, чтобы скорректировать мавик по направлению. Первый вылет — и неудачный. Думал, из-за меня, ибо я там то отлитал, то ещё что, и лишь потом смог собраться — и притом совершенно не знал, смотрю ли в правильном направлении, ибо, во-первых, боялся слишком часто поднимать камеру, ведь мог бы оказаться незаметно для себя в месте, которое бы ночью показалось особенно незнакомым, и таким образом заблудиться, а, во-вторых, потому что и так не мог разобрать, где находятся те три посадки.

Как второй раз вылетели, оператор вновь не смог ничего сделать. Я посадил мавик и пошел обратно в блиндаж. Заходя в блиндаж, меня переполнило сильное желание подшутить над оператором, сказав тому, что я проебал мавик. Я всё-таки так и сделал. Инженер проорал знатно, а вот оператор сначала взошел на панику, но как понял, что это шутка, посмеялся вместе с нами. Правда он так сакцентировал внимание на том, что я пошутил и напугал его, что, кажется, он мне это ещё припомнит, когда или если я где-то проебусь опять, особенно — если и правда проебу мавик.

Теперь если это случится, то мне будет страшнее вдвойне. Я ввиду этого понял, что мне нужно не надеяться на то, что меня вывезут быстрее, чем я опять сильно накосячу, и так я спасусь от всего этого, но становится более уверенным пилотом, чтобы держать спокойно дрон в почти любых условиях, и, что бы ни случилось, всегда уметь посадить его. Так мои переживания ослабнут и мне находиться здесь будет чуть проще.

Как же мне дискомфортно. Как же я хочу отсюда убраться. А ведь это, как кажется, лишь середина пути. Необходимо ориентироваться не на сказки ротного, наговорившего нам, ещё зелёным, что здесь, в их бригаде и роте, в плане ротаций всё в порядке — люди сидят по две недели на позиции; мне нужно ориентироваться на то, есть ли люди, которыми меня можно было бы заменить. Сейчас я понимаю, что такие есть — парень, сегодня уехавший на базу и который в скором времени уедет в отпуск, и оператор, который сидит всё ещё с нами. Ждать ни того, ни другого я не хочу, ведь это не просто долго и томительно, но я собственными глазами получается вижу свою замену, абсолютно не готовую для следующей ротации, чтобы поменять меня, ведь для начала ему необходимо, чтобы его поменяли на позиции, а затем, собственно, отдохнуть пару недель, и, наконец, научить одного парня летать на фпв. Касаемо второго — так ещё хуже. Он отправляется с какого-то числа на месяц в отпуск. Быть может, и не вернётся. Хотя это вряд ли. Единственная надежда либо на парня, который приедет только седьмого числа следующего месяца, после отпуска, и непонятно ввиду этого, когда его смогут и захотят ли вообще закинуть на позицию, так ещё и вместо меня; либо на чёрную лошадку в виде, скажем, кого-то из тех двух, кто сидит сейчас на базе.

Но, как кажется, меня так скоро и не заменят. Хотя, как я понял по словам оператора или инженера, о том, что того выехавшего ретриковода будут целовать в жопу, чтобы он вернулся с отпуска (ибо после того, как его так долго не меняли, он вряд ли захочет возвращаться обратно сюда), его случай, видимо, исключительный.

Но, видимо, раз я новенький, так ещё и не совсем умею проявлять свой характер, так ещё и заехал вместо парня, просидевшего на позиции почти месяц, меня, думаю, менять и вовсе не в приоритете ни у кого из вышестоящих (точнее, у нашего ротного, который, вроде как, этим и занимается).

Но я сильно понадеюсь на это. Сбегу ли я в сзч? Не знаю... Это всё ещё так же трудно. К тому же я бы дождался 100 тыс грн, которые придут за те дни, что я нахожусь здесь, аж в конце следующего месяца (ну и 25 тыс грн в начале того же следующего месяца). Мне даже не пришло ещё 30 тыс грн, которые, тем не менее, придут то ли завтра, то ли в один из ближайших рабочих дней.

Но я бы хотел сделать это. Я не могу находиться здесь. Я не выдержу больше в ожидании новой ротации. Постоянно сидеть и думать и том, что через н-количество дней всё начнется опять, этот ужасный, тернистый путь, — значит постепенно сходить с ума. Я уже молчу о том, что, видимо, с кем угодно из нас может получится, что ротаций не будет как минимум месяц. И не отдохнуть...

Мне сегодня необходимо хорошенько выспаться, как бы я не хотел как можно быстрее оказаться в то время суток завтра, когда мы сможем работать. Ибо, ввиду походных условий сегодня вечером и днём (по-большей части вечером), враги подойдут к нашим позициям ещё ближе, и поэтому мы будем работать завтра начиная с самого утра, как только будет хоть что-то видно, целый день, оформляя по пять вылетов подряд. Это пиздец.

Помнится, один инструктор дал нам массу полезных советов, что делать на позиции, чтобы было морально и физически проще. Не знаю почему, но я вспомнил его советы.

К примеру, необходимо хотя иногда почистить ноги влажными салфетками, ибо в противном случае твоим ногам незаметно для тебя настанет кирдик.
Нужно постоянно что-то делать, находясь на позиции, чтобы отвлечь себя от дурных мыслей, посещающих обычно голову в моменты длительного бездействия. Скажем, заправить дизельный электрогенератор, приготовить что-то поесть, убраться на полочках, обтрусить свой спальник и тд.

Правда с тем, как иногда часто мы вылетаем, здесь и не посидишь особо глубоко погруженным в собственные темные мысли.
Но бывает время и полежать, которое мы чаще всего используем, чтобы отоспаться или посидеть в телефоне. Это тоже отвлекает.

Блин, мой автомат теперь в непосредственной близости ко мне. А если бы я ещё послушал оператора, то автомат был бы и готов к работе. То есть прямо сейчас я бы мог беспрепятственно покончить со всем этим.

Если так подумать, у меня никогда не было возможности совершить суицид, используя столь быстрый и эффективный способ — самострел. Какие способы я перебирал в своей голове на гражданке, задолго до всего этого? Ну там повешение, вскрыть вены. Но ни первое, ни второе не сравнится с тем автоматом, которым возможно уничтожить себя, чтобы даже не успеть осознать, что вообще произошло, не то что почувствовать боль или чтобы возникло желание дать заднюю. С другой стороны, именно ввиду того, как быстро ты можешь сделать это, используя для этого автомат, столь сложно решиться на самовыпил таким способом изначально. Ты понимаешь, что одним нажатием на спусковой крючок способен в тот же самый момент навеки лишить себя сознания, жизни. Лишь одно неловкое капиллярное движение указательным пальцем, слегка свисающим возле спускового крючка, отделяет всё то, что представляется твоим бытием от абсолютного ничего, о котором у тебя нет и не может быть никакого сведения, точнее, что ты не в состоянии созерцать, ощутить, сделать данную вещь знакомой. Поэтому это так и сложно.

Вот, примеру, мне прямо сейчас хочется вернуться в те дни, когда я беззаботно читал Канта, не понимая ровным счётом ничего, смотрел "Да, я Сакамото. И что с того?", или как поехал в отпуск на срочной службе домой на одиннадцать дней и целыми днями включал от нечего делать старый компьютер, на котором не было доступа к сети и на котором была установлена ус 1.6, чтобы знакомый шум кулера создавал нужную атмосферу, без которой мне было скучно, и смотрел на телефоне Алукарда. Я бы хотел оказаться дома, чтобы целыми днями смотреть аниме. На ум приходит сразу же Евангелион. Это круто. Но, убив себя, я бы лишился такой возможности. Не было бы больше положительных изменений в моей жизни. Люди существа адаптивные, и я, как отслужил в армии, и не вспоминал о том, что со мной там происходило, хотя, как кажется, такое должно было бы меня сломать.

Возможно, если я конечно же выживу, и после войны, как окажусь дома, я и вспоминать не буду о том, что здесь со мной происходило. Это останется для меня забытым прошлым, которое, тем не менее, сегодня является моим ужасающим настоящим.

Ладно, нужно будить мою смену на дежурство, ведь ещё необходимо выключить электрогенератор, чтобы экономить бензин, так как ЭКО флоу уже полностью заряжен.